– Здравствуйте, молодые люди.

Сказать, что ребята остолбенели, это не сказать ничего. Они, конечно, подозревали уже, что их соотечественники отметились в этом мире, но всё же были очень удивлены, услышав русскую речь от какого-то жреца высоко в горах, и так далеко от злополучного водопада.

– Вы… русский? – Первым пришёл в себя Саша.

– В общем, да. – Ответил после небольшой паузы мужчина. – Хотя в паспорте у меня была прописана другая национальность, но в данном случае это не имеет никакого значения.

– В паспорте не пишут на… – Начал было Саша и осёкся. Потому что вспомнил, что этого не пишут в российских паспортах, а вот в советских как раз писали. Хотя он такого паспорта и не имел по молодости лет. – И давно вы здесь? – Спросил он, справившись с волнением.

– Двадцать шесть лет. – Ответил мужчина, продолжая их изучать. – Давайте познакомимся, что ли. – Предложил он, и представился. – Меня зовут Андрей Леонидович. А здесь называют Парменон. Сами понимаете, пришлось выбрать себе местное имя, чтобы как-то ассимилироваться.

Ребята по очереди назвали себя.

– Нашли вас, насколько я понимаю, в окрестностях водопада? – Спросил Андрей Леонидович.

– Угу. – Буркнул Саша. – Будь он не ладен. Сначала он казался обычным порогом, который мы собирались пройти.

– В каком смысле пройти? – Удивился собеседник.

– Ну… Мы сплавлялись по реке на катамаране.

– А-а-а. – Понимающе протянул Андрей Леонидович. – Туристы?

– Да. Сплавлялись по реке.

– Туда стало возможно так запросто добраться? Вам же тащить на себе много надо, чтобы забраться в верховья.

– Вообще-то не просто. Геологи помогли. Они работали в соседней долине. По пути нас забросили на вертолёте.

– Тогда понятно. – Улыбнулся чему-то своему Андрей Леонидович. – Расскажете, как всё было?

– А чего там рассказывать. – Грустно вздохнул Саша. – Классика жанра – упал, очнулся, гипс. – При этих словах Андрей Леонидович снова улыбнулся, как чему-то доброму и знакомому. А Саша всё же поведал вкратце о том, как они воткнулись в непонятное облако, как их перевернуло и сбросило уже с высоты. Ну, и как их обнаружили местные, любезно проводив потом в своё селение и сбагрив прибывшим солдатам.

Андрей Леонидович снова улыбнулся, и пояснил:

– Староста ближайшей деревни, мой хороший знакомый и старый друг. Я с ним познакомился, когда сам только попал сюда. Он мне здорово помог. А потом, подозревая, что я не первый такой горемыка и не последний, попросил его в случае обнаружения в окрестностях ещё таких же людей не от мира сего, помогать им, как он помог в своё время мне, и посылать мне весточку. Естественно, я обещал ему также и свою благодарность за эти услуги.

– А почему вы не попросили об этом местного религиозного служителя? Ведь вы тоже, судя по всему имеете отношение к религии? – Спросил Саша.

– Это труднее. – Снова улыбнулся Андрей Леонидович. – Во-первых, он ничего не знает, и ему пришлось бы долго объяснять, что это за люди могут быть. А во-вторых, он принадлежит несколько к другому течению в местной религии, и мог не только проигнорировать мою просьбу, но сделать всё с точностью до наоборот.

– Как здесь всё сложно. – Отметил Саша.

– Как и везде. – Подмигнул Андрей Леонидович. – Так, сейчас я распоряжусь, чтобы ваши вещи занесли в дом, потом вы помоетесь с дороги, и попьём местного чая. Тогда и поговорим обо всём подробно. А вечером, – и хозяин дома улыбнулся, – я устрою вам баню.

Вскоре солдаты заносили их рюкзаки уже в дом. В их числе была и «капральша». Саша со вздохом в последний раз окинул её взглядом, а она, поставив рюкзак к стене и резко обернувшись, неожиданно подмигнула ему, и грациозно покачивая сильными бёдрами в облегающих штанах, вышла в дверь.

Потом они помылись чуть тёплой водой в душе, расположенном внутри дома. Впрочем, их явно не ждали сегодня, потому что воды еле хватило, чтобы смыть мыло. Но и это неплохо. Новых штанов ни у кого из ребят не было, поэтому одели старые, а вот трусы и футболки сменили, как и носки. Поэтому все сразу почувствовали себя обновлёнными. И только потом они вышли на веранду, где за столиком уже хлопотала женщина, расставляя глиняные чашки с росписью, тарелочки с печеньем, и горшочки с мёдом. Был здесь так же и сыр, и масло. Рассевшись, выпили чаю, чем-то напоминавший привычный, но всё же отличавшийся. Андрей Леонидович представил женщину за столом, которая являлась его женой. При этом пояснил, что она очень близкий ему человек во всех отношениях, знает про него всё, и тайн от неё у него нету. Но по-русски она почти ничего не понимает, кроме нескольких слов, потому что надобности в этом здесь нет.

– Как всё же хорошо, снова поговорить по-русски. – Вздохнул Андрей Леонидович, откидываясь на спинку стула. – Что там вообще творится-то, расскажите.

– Ну, – замялся Саша, – про путч вы знаете?

– Знаю. – Ответил он. – Вы здесь не первые. Начинайте с девяноста девятого.

Ребята переглянулись, и начали рассказ. Про смену президента, про то, что новый правитель первым делом навёл порядок на Кавказе. Как начала потихоньку восстанавливаться экономика, и расти цены на нефть. Про короткую войну с Грузией и последовавший вскоре раздрай с Украиной. Как экономика страны начала барахлить из-за санкций и падения цен на нефть, и мировой кризис. Как снова начали грызться с американцами, и влезли в Сирию. Понятно, что всего так сразу и не расскажешь, но их собеседник тем не менее то улыбался, то хмурился, переживая за страну, в которой он родился и так давно её оставил. А потом ребята попросили рассказать его, как он сюда попал.