Для плавания в холодных водах Саша запасся для команды тёплыми куртками и свитерами, войлочными шапками и даже меховыми рукавицами. Немалое место в трюме занимали и дрова, которые теперь предстояло использовать не только для готовки пищи, но и для обогрева. В связи с этим планировалось несколько промежуточных стоянок на островах, прежде всего для пополнения именно этого запаса. В трюме, а также в капитанской и штурманской каюте, были установлены жаровни, куда можно было подбрасывать угли. Разумеется, что в связи с этим на судне повышались меры против возникновения пожара. Назначался специальный следящий за этим огненным хозяйством, и дежурные вёдра с водой ему в помощь. Так же был серьёзно пополнен запас коньяка и вина, из которого можно было варить глинтвейн. Собственно, этими напитками было занято всё оставшееся свободное место в трюме, поскольку часть из них капитан был намерен продать в тех холодных землях, куда направлялся. Зимой на такие товары там должен быть особенно большой спрос.

На старте погода была хорошая. Жара спала, ветер дул с юга, шли хорошо, от острова к острову. Поскольку всё было относительно спокойно, то Саша возобновил свои занятия фехтованием с Эвридой, в которые вскоре втянулись и Сергей с Гликеей. Хотелось привлечь к этому вообще всех, но места на люгере было так мало, что это осталось только благим пожеланием. Зато устраивали тренировочные стрельбы из ружей и пистолетов по тащившемуся за кораблём бревном на верёвке. Эврида отнеслась с большим одобрением к стрелковым талантам штурмана. Архилл подчёркнуто не пытался оспаривать лидерство Коиса среди команды, и вскоре два морских волка прекрасно поладили.

Проблемы начались после того, когда миновали «Атту-Айленд», и приблизились к водам холодного течения. После штиля, в течение половины дня подул слабый северный ветерок, который принёс сплошную пелену густого тумана. Видимость упала метров до десяти, на палубе начали звонить в колокол, чтобы не налететь по закону подлости на встречное судно. Но оставалась ещё возможность воткнуться носом в какую-нибудь скалу или остров, если туман не кончится, а следовать они будут прежним курсом. Стали думать, как двигаться дальше. Всё дело в том, что впереди находилась большая область, где встречалось холодное течение с севера и тёплое с востока. Там возникали чудовищные водовороты, да, и сама по себе встреча двух потоков могла опрокинуть корабль. Обычно, эту область обходили с севера, просто двигаясь вдоль островов. Но сейчас малейшая неточность в курсе могла привести к столкновению с сушей. Ничего не видно, ориентиров нет. Компас, конечно, показывает направление, но проверить возможный снос судна в сторону не было никакой возможности, а оценить расстояние по лоту при неравномерном ветре можно было только очень приблизительно. Довернуть на север, означало встать против ветра. Пришлось брать курс на северо-запад, ложась в бейдевинд, и выходить из района островов на просторы «Берингова» моря.

Выскочив из полосы тумана, определили своё положение, и двинулись дальше на северо-восток, параллельно островам, но значительно севернее. Скорость была небольшая, и плавание затягивалось. Когда вышли на холодную воду, то у «отсыревшего» экипажа зуб на зуб не попадал, спасались короткими вахтами и глинтвейном в трюме у печки. А теперь задул буквально ледяной ветер, от которого и паруса дубели. И этот ветер с каждым часом становился всё сильнее и сильнее. Туч не было, только отдельные облака, но волны стали подыматься очень приличные для маленького люгера, на котором пульсировала тёплая жизнь сорока человек. Стало ясно, что их опять сносит к островам. И если так продолжится и дальше, то по расчётам они неизбежно попадут в область встречи двух течений, где их скорлупка не имела никаких шансов выжить. Снова посовещавшись, решили пойти на юг, чтобы обойти этот обширный район, а потом уже просто преодолеть единое холодное течение, и подняться в более высокие широты, к островам.

В этом районе на островах почти не было людей. Холодно, сыро, растительность чахлая, леса мало. Здесь даже летом не было нормального тепла. Единственное, что привлекало здесь моряков, это до сих пор не истощённые лежбища морских животных. В том числе и моржей, клыки которых высоко ценились даже в Империи. На одном острове видели стоянку зверобоев.

Два дня, почти с попутным ветром, корабль нёсся на юг. По-хорошему, им теперь надо было поворачивать на восток, но тогда они подставляли борт довольно высоким волнам, что само по себе было опасно. Поэтому взяли на юго-восток, а в промежутках между валами рыскали на восток. Это сильно выматывало команду, но так они всё же продвигались в нужном направлении. При этом один человек всегда вглядывался вперёд, высматривая там возможные водовороты. Область встречи течений была очень расплывчатой и постоянно менялась. Но им повезло, корабль всё же вышел из основной струи, судя по изменившемуся цвету воды и уменьшившимся волнам. Вскоре повернули прямо на восток, а потом взяли курс и на северо-восток. Теперь предстояло вернуться к островам, но при северном ветре это было проблематично. Впрочем, решили не спешить, ведь до конечной точки путешествия в любом случае было ещё далеко. Наиболее интенсивно расходуемая часть припасов – дрова – были ещё в достатке, и не было необходимости срочно искать сушу.

Этот отрезок пути всем запомнился одним – холодом, который пронизывал до костей. Вокруг печек и жаровен постоянно висели сохнущие куртки, штаны и свитера сменившейся вахты. А носки добавляли незабываемый аромат. Спали одетыми, ни о каких водных процедурах не могло быть и речи. Только слегка умыться и почистить зубы подогретой водой. Когда ветер всё же поменялся на восточный, то немного потеплело, и двинулись на север. А добравшись до островов, встали на отдых в небольшой необитаемой гавани, где пополнили запас дров и пресной воды.

Конечно, всем было несладко во время этого трудного перехода. Но Гликея первый раз была в этих водах, и первый раз в своей жизни так жутко мёрзла. Всё это произвело на неё неизгладимое впечатление. Она осунулась, губы потрескались, нос был всегда красным, то ли от холода, то ли от выпитого глинтвейна. А днём, стоя на палубе, она шептала молитвы, обращаясь к солнцу. Случайно это услышав, Саша понял, что может вскоре потерять штурмана, и Гликею, как человека и женщину. Он всё больше убеждался, что эта девушка тоже что-то для него значит, и ему… нравится оберегать её и заботиться о ней.

– Оно не услышит. – Тихо сказал он, встав рядом. – А если и услышит, то боги не совершают свои дела так быстро, как нам хотелось бы. Тебе надо теплее одеваться, и больше двигаться. Это помогает согреться.

– У меня больше нет сухих вещей. – Упавшим голосом ответила Гликея.

– Пойдём вниз. Я дам тебе кое-что из своих запасов.

Девушка посмотрела на него с недоумением, но подчинилась. А Саша распотрошил свой рюкзак, достал чистое термобельё и трекинговые носки. Всё это он вручил ей, наказав немедленно пойти переодеться в своей каюте, и объяснил, что эти вещи надо одевать непосредственно на голое тело.