А последнее, что услышал в своей жизни Игорь, оказавшись в камере после оглашения приговора, долгой дороги до тюрьмы, это «привет от Олега».

Дроздов не оставлял следов, и не оставлял должников безнаказанными. Все должны были ответить за свои действия. Изменить то, что Алиса перенесла, ему было не под силу, но избавить мир от той гадости, что еще ходила по земле и помнила запах ее тела, он мог.

А может быть, последний привет, что получил Игорь, был и не от Олега. Может быть, это был совершенно другой человек, а может быть, он просто подрался с сокамерником, как и было написано в заключении.

Накануне последнего дня года Алиса впервые оказалась в кабинете Олега, он сам попросил ее заехать, чтобы отправиться в больницу за Антоном вместе.

Пока тот разговаривал по телефону, Алиса оглядывалась, присматривалась к мелочам, что составляли подходящий антураж для миллиардера.

Заметив маленькую рамку для фото на столе, не удержалась и взяла ее в руки. И тут же чуть не выронила ее. На фото был изображен знакомый ей мальчик, поцеловавший ей пальцы в приемной больнице, когда Антон находился в реанимации. Та же лысая голова, те же расчесанные руки в болячках, та же тонкая шейка, трогательно выглядывающая из обычной футболки. Мальчик улыбался криво и будто виновато, не позируя на камеру, и было в нем что-то такое щемяще одинокое, что хотелось обнять, прижать к сердцу и сгладить взгляд выброшенного на мусорку котенка.

– Кто это?- еле дождавшись, когда Олег закончит разговор, спросила она.

– Это Антон.

– Не может быть!

– Может, Алиса, может. Когда Ольга бросила нас, у сына начались проблемы с осознанием себя, а я поздно это увидел, только когда мой ребенок начал покрываться струпьями на фоне поддержания чистоты. Это фото я специально держу рядом, перед глазами, чтобы знать, что никакая работа не стоит невнимательности по отношению к нашим детям. Никто не должен быть брошен.

Алиса вспомнила, о чем просил тот мальчик. “Не бросай меня”. Она тогда очень удивилась, а теперь поняла. Его сердце, в котором жил этот маленький, брошенный живыми родителями, нуждалось в тепле и доверии, ласке и заботе. Точно также, как и ее. И все то, через что им пришлось пройти-вранье и непонимание, угроза жизни и ссоры, не стоили того, чтобы отказываться от самого главного-человека, что будет твоей половиной, человека, о котором ты сможешь позаботиться и кто позаботится о тебе.

Алиса насупилась и задумалась. А захочет ли теперь Антон того, что говорило его сердце тогда, в больнице?

И теперь его слова, на пороге комнаты большого дома, открывали ее сердце ему навстречу. Между ними уже не было никаких тайн и недоговоренностей и каждый знал, кто чего стоит.

– Я предлагаю тебе отметить Новый год со мной, в квартире, в “Парусе”. Нет нет, не в этом однокомнатном ужасе, а у меня. У нас в квартире.

– Нет.

– Нет?!

– Нет, Антон. Новый год мы отметим с родителями, а после уедем к тебе в квартиру. Все же это семейный праздник, давай соблюдать традиции.

Антон недоверчиво взглянул на нее, а увидев, что та нисколько не лукавит, сделал два стремительных шага, уронив костыль, обнял ее двумя руками и с жаром прижал к себе. Вдохнул запах волос на макушке, такой родной и притягательно-нежный, и наконец почувствовал себя наполненным. Светом и жизнью. стремлением жить и делиться своей любовью.

Легонько коснувшись губ, пахнущих фруктовым блеском, он поблагодарил ее за понимание и прощение.

– Тогда у тебя мало времени на сборы. Возьми с собой все вещи. Если надо, давай вызовем грузчиков.

– Эй! Я на такое не подписывалась! Я иду туда только на Новый год! И не задержусь надолго. Я же вроде как тут живу, нет?!

– Нет! То есть да. В общем, посмотрим. Но вещей все равно побольше возьми. На всякий случай.

Он подмигнул и поковылял к выходу. Все же еще со второго этажа спускаться.

Алиса хихикнула и действительно пошла собирать сумку с гигиеническими принадлежностями. А потом подумала и начала складывать вещи. Не много. Всего на недельку.

Собирая стол, Маргарита превзошла себя. Учитывая интересы и предпочтения, а теперь еще и наставления врачей для каждого, она накрыла действительно праздничный стол. Настоящая ель блестела серпантином, подобранными игрушками, ароматические свечи кружили голову, легкая мелодия разбавляла антураж.