Ей показалось, что дом в ответ на её возвращение, вздохнул. В нём ощущалось присутствие чего-то живого.

– Мередит? Ты уже вернулась? Ты дома?

День выдался пасмурным. Комнаты, расположенные с теневой стороны, утопали в сумерках.

– Почему ты сидишь в темноте? Включила бы свет…

– Наверное потому, что я не Мередит.

При звуке этого голоса у Линды в буквальном смысле этого слова отнялся язык, опустились руки, приросли к полу ноги.

Пакеты упали на пол и яблоки раскатились, подмигивая пузатым ярким бочком.

Щёлкнула кнопка пульта. Люстра сверху озарила всё вокруг мягким голубоватым свечением.

– Ты?! – прошипела Линда, интуитивно подаваясь назад.

Будь они в мелодраме, их встречу режиссёр наверняка обыграл бы ярче и красочнее, с криками, кулаками, пощёчинами. Но в реальности у Линды не было желания раздавать пощёчины или кричать. Могла бы – убила эту мразь молча и сделала бы это не задумываясь.

– Добрый вечер, мисс Филт. Какая досада, что мой визит столь неприятно вас поразил.

За одну эту ухмылку Рэя Кинга следовало бы придушить. Медленно. Неспеша.

– Глупо было ожидать от вас другой реакции. Я, признаться, и не ожидал.

– Что вы делаете в моём доме? – отчеканила Линда ледяным голосом, острым, как её шпильки.

– Дожидаюсь вашего прихода в надежде побеседовать.

– Вы знаете, что ваши действия квалифицируются как проникновение со взломом?

Рэй засмеялся:

– Не надо этих юридических штучек, мисс Филт. Я плевать хотел на все эти витиеватые постулаты.

– Вы…

Улыбка исчезла с тонкого ненавистного лица, как из голоса испарились последние обманчивые нотки мягкости. Он звучал повелительно:

– Сядьте, мисс Филт. Колбасу и яблоки подберёте позже.

– Я не намерена подчиняться вашим капризам. Я собиралась приготовить ужин к приходу сестры…

– Ужин вашей сестре сегодня не понадобится, – со спокойной уверенностью возразил Кинг. – По-крайней, займётся она им явно не здесь.

– Что?.. – похолодевшими губами переспросила Линда.

– Вам дурно, сударыня? Так и предполагал, что новость вас расстроит. Поэтому и пытался убедить вас присесть…

– Подонок! Что ты сделал с моей сестрой?! – прорычала Линда, сжимая кулаки.

Она понимала, что находится на грани эмоционального срыва.

Видела, что Рэй Кинг тоже прекрасно отдаёт себе в этом отчёт и явно наслаждается происходящем.

Чёртов садист! Проклятый маньяк!

– Пока? Совершенно ничего. На самом деле я же не мясник какой-нибудь необразованный, чтобы резать симпатичных девчонок, словно куриц? Нет! Если меня не вынуждать к жестоким действиям, я – милейшее существо. Клянусь вам, леди.

– Прекратите паясничать, – простонала Линда, опускаясь в кресло.

Заметив, как взгляд Кинга скользнул по её обнаженной коленке, она с трудом удержалась, чтобы не сорвать с дивана плед и не завернуться в него, как гусеница в кокон. А ещё бы лучше, как в паранджу – с головой. И можно даже глаза закрыть.

– Просто скажите, чего вы от меня хотите и покончим с этим.

– Вы, как я погляжу, очень конкретная девушка? Вот так всегда всё строго по существу, как по линейке? Вам так не скучно жить?

– Мне прекрасно. Позволяет не тратить времени даром.

– Время – деньги, – продекламировал Кинг с усмешкой, потянувшись за сигаретой.

– Если вы вздумаете использовать в качестве пепельницы мой цветок, я надену горшок вам на голову, – предупредила Линда.

– Вы действительно потратите себя на столь не конкретный, бессмысленный, а главное, пустой поступок? Сомневаюсь.

– Только попробуйте нагадить в мой цветок, и я разнесу ваши сомнения к чёртям собачим.

Кинг усмехнулся, покосившись на кактус:

– Показательный выбор. Очень вам подходит. Но если вы настаиваете?..

Он стряхнул пепел прямо на стол перед собой. Свинья! Чтоб ему живьём сгореть.

– Что вы сделали с Мередит? – повторила Линда.

– Да, флиртовать с вами сложно. Вы напрочь лишены женственности.

– Совершенно, – не стала спорить с ним Линда.

Усмешка Кинга сделалась ещё шире, ещё наглее, хотя и казалось, что-дальше-то уж некуда.

– Ничего страшного. Совращать мужчин мы приходилось не реже.