– А-а-а, - немного разочарованно сказал Малеванный, - понятно. Княжна Безбородко должна хорошо знать северную столицу. Ее приемный отец был канцлером, министром иностранных дел.

– Иван Григорьевич, не серди меня, пожалуйста! – побагровел от злости старый Борщевский. – Флора, прежде всего, моя внучка! Она нашего рода – Борщевских, а не Безбородко. Он только помог в ее воспитании.

– Да не спорьте вы, господа, примерял друзей Кондрат Науменко. – Главное, что княжна Флора здорова. Ей бы сейчас еще жениха хорошего найти да деточек побольше! А кто родной отец, кто - приемный – какая разница!
– старый Кондрат махнул рукой, давай понять, что спорить тут не о чем.
– Идемте, господа, лучше водочки выпьем и пообедаем, а то у меня уже в животе урчит. Разговорами о политике сыт не будешь.

– А ты дело говоришь, Кондрат! – засмеялся Борщевский. – Что мы тут все обсуждаем высшие материи, как внук мой Богдан говорит. Шановне панство, приглашаю всех за стол.

* * *

В далеком Петербурге графу Аракчееву и дела не было до того, что киевские помещики недовольны были его политикой, а особенно военными поселениями. Министр даже не знал деда княжны Флоры, старого Борщевского, и его приятелей, у него и до того дел было по горло. Аракчеев был озабочен поездкой царя в Европу и его довольно длительным отсутствием, он имел тревожные новости для Александра I. Аракчеева беспокоила деятельность тайных обществ, стремившихся к свержению царской власти. Александр об этом еще не знал, поэтому, как только царский кортеж въехал в Зимний дворец, министр поспешил лично встретить царя. Царь был неприветлив, хотя и тактичен как всегда. Он прошел в свой кабинет, за ним проследовал Аракчеев. Заискивающе министр посмотрел на своего властелина и подобострастным голосом спросил:

– Как съездили в Европу, ваше величество?

– Вы же и так все знаете, Алексей Андреевич! – вдруг засмеялся Александр, сгоняя с лица хмурую маску. – Ваши лазутчики и агенты вам, наверное, уже все донесли.

– Все – да не все, - смутился Аракчеев. – Всегда приятно услышать новости из первых уст.

Они вели беседу в царском кабинете, который располагался на втором этаже. Кабинет императора был таким же роскошным, как все комнаты и залы Зимнего. Позолота на потолке и на стенах, картины лучших европейских художников, огромные зеркала и хрустальные люстры – все говорило о могуществе и богатстве русских монархов. Наполняла кабинет массивная и величавая мебель в стиле ампир, украшенная богатым декором в виде военных эмблем и орнамента. Эта слегка громоздкая мебель заметно выделялась среди дворцового интерьера, выдержанного в стиле изысканного барокко. Окна кабинета выходили на набережную Невы. Это очень нравилось Александру, он часами мог простоять у окна, смотря на небо, наблюдая за изменениями погоды. Вот и сейчас Александр стоял у окна, наблюдая за случайными прохожими. Аракчеев застыл у дверей, не смея сесть в присутствии высокопоставленного лица. Не поворачиваясь к собеседнику, царь сказал:

– Моя поездка, Алексей Андреевич, прошла, в целом, не плохо. Встреча с моим другом Наполеоном состоялась. Эта была наша третья встреча. Наполеон на этот раз не конфликтовал, как в Эрфурте, не бросал свою треугольную шляпу на пол и не топтал ее ногами, требуя себе больших уступок, - Александр улыбнулся и вопросительно посмотрел на министра. Его озадачило, что Аракчеев до сих пор стоял у дверей. Царь сделал величественный жест рукой: - Прошу садиться, Алексей Андреевич! Куда вам угодно. Выбирайте, стулья или кресла.

– Благодарю вас, ваше величество! – подобострастно сказал Аракчеев и уселся в высокое кресло. А что, кто-нибудь узнал о вашей тайной встрече?
– спросил Аракчеев. Чтобы не пропустить ни единого слова императора, министр немного наклонил спину вперед, руками вцепившись в подлокотники кресла, как хищник перед прыжком.

– Нет, представьте, уважаемый Алексей Андреевич, никто не узнал о моем тайном путешествии. Я путешествовал с великой осторожностью, в простом экипаже. Одет я был скромно, в мундир без знаков отличия, треуголку и серый плащ, подбитый мехом, все. Мой эскорт состоял из пяти всадников.

– И все же, вы, ваше величество, подвергали себя большому риску. Стоило ли так рисковать вашей царственной особой. На вас могли напасть разбойники или дезертиры, бежавшие из Наполеоновской армии. Их полно сейчас на дорогах, в лесах Западной Европы. Днем они прячутся в лесах, а ночью нападают на мирных путешественников.

– Ну, полноте, уважаемый! К чему эти сантименты! Нас было шестеро молодых сильных вооруженных мужчин. Нам нечего было волноваться! – нетерпеливо махнул рукой Александр, ясно давая понять, что эта тема для обсуждения закрыта. – Как дела в империи?

– Пока что без особенных изменений. Казна полная благодаря вашему мудрому решению, прекратить раздавать земли и деньги дворянам просто так, которые не состоят не на государственной службе, не на военной. Правда, этот закон вызвал недовольство у дворян, лишившихся своих привилегий.

– Я знаю, - устало сказал Александр. – Мои реформы не всеми воспринимаются адекватно. И этот закон тому подтверждение. Моя бабка Екатерина II ввела это правило: раздаривать имения, крепостных и золото дворянам только за то, что они были приверженцами ее или оказали какую-нибудь услугу. Это испортило дворян. Они привыкли получать деньги, не работая. А мне так нужны грамотные чиновники, врачи, учителя, опытные военные. Большинство детей бедных крестьян безграмотны. Они не умеют ни читать, ни писать. Считаю, что школьная реформа уже назрела. Необходимо, чтобы за парты сели все бедные дети и получили хотя бы необходимые знания.

– Вы правы, ваше величество, в этом есть смысл, но тут снова есть недовольные. Помещики не понимают, почему они должны на свои средства строить начальные школы и платить учителям из своего кармана.

– Меня никто не хочет понять, что я стараюсь ради страны, ради Отечества. Только мои соратники рядом со мной.

– Ваше величество, - продолжал отчет Аракчеев, - по вашему распоряжению,

я отменил закон вашего отца, Павла I, о запрете ввоза в страну иностранной литературы и музыкальных нот. Теперь каждый может приобрести в книжных лавках книжки Гете, Шиллера, Монтескье и Вольтера, даже женские романы мадам де Сталь можно купить в книжном магазине, - с гордостью добавил министр.