И Каэл решил остаться и разбираться с ремонтом.

Но даже это начало выводить его.

— Моря впервые так долго без правителя, — торговец задыхался, пытаясь поспевать с Каэлом на лестнице. — Интересно узнать, что бу…

— Да, звучит весело, — сказал Каэл, выбираясь на палубу корабля. Все торговцы, прибывая в Коппердок, говорили об одном и том же, и каждый считал, что рассказал это первым.

Но он не мог слушать и дальше эти стоны о том, что моря не такие великие, как были, и что совет в беде. Темные тучи собирались на западе. Они быстро двигались над морями, развернутся, как только доберутся до суши. Каэл подозревал, что у него осталось около часа работы. Он не собирался тратить время на слухи.

— Весело? — торговец фыркнул. — Это будет катастрофа! Совет истребит себя из-за дел. И что тогда будет? Что станет с нашим народом?

Каэл не знал, но он был уверен, что совет как-то разберется. Были вещи хуже, чем задержка кораблей.

Плохая удача или пиратство

Ночь укутала моря. Они покинули спокойные воды час назад. Теперь пираты плыли по океану, что был истерт не ветром, а тихой войной, бушующей под ним.

Южные моря сталкивались с северными. Их воды были холодными и теплыми. Хотя волны казались спокойнее обычного, капитан Лисандр ощущал войну подошвами сапог.

Было слышно тихие стоны, они чуть смещались с курса. Он впивался в борт каждый раз, когда ощущал, как их сдвигает. Корабль скрипел, борьба била его под водой. Ветер не помогал от таких волн. Нет, их спасал только навык того, кто был за штурвалом.

Шамус, главный кораблестроитель Коппердока справлялся неплохо. Его толстые руки напрягались каждый раз, когда море двигало их на дюйм. Он поворачивал штурвал против потока, сжимал челюсти между кустистыми бакенбардами.

И хотя он умудрялся не пускать их корабль на запад, они все еще тянулись за остальными.

— Поверить не могу, что нас опередил Персиваль, — ворчал Лисандр, глядя на корабль перед ними.

Он миновал их не так давно, когда экипажу надоело медлить из-за пиратов. Лисандр все еще скалился, вспоминая их смех. Он был уверен, что нет ничего хуже, чем проиграть торговцу.

За день их опередили все семнадцать.

Лисандр ударил кулаком по борту.

— Персиваль, Взятки ради! Все знают, что у него самый медленный флот в морях. Потому и говорят, что Персивалю нужно давать два дня на путь, когда другим требуется день. И он нас обогнал!

Шамус не переживал.

— У вас самый крепкий корабль Высоких морей, а не самый быстрый. Каждый капитан думает, что его корабль лучший. Но так не бывает.

— О чем ты?

— Вам важнее выжить в бурю или всех обгонять?

Лисандр сжал губы.

Шамус вскинул руку.

— Вот и ваш ответ.

— Но… Персиваль, — Лисандр хмуро посмотрел на корабли впереди, дальний был точкой на горизонте. — Этот краб будет в Харборвилле смеяться над нами три дня, пока мы его догоним.

— Я остановил бы его, если бы мог, но могу гнать корабль только так. Этот корабль — монстр, — добавил Шамус, посмотрев вниз. — Вы не дали бы мне штурвал, если бы не думали, что я справлюсь.

Лисандр нахмурился.

— Нет, я дал тебе штурвал, потому что только это тебя успокоило.

— Ага, может, вы правы. Но плохая удача — быть на борту корабля, что ты строил, — Шамус тревожно потирал кустистые бакенбарды, пока другой кулак до белых костяшек сжимал штурвал. — Плохая удача. Добра из этого не будет капитан, помяните мои слова.

Лисандр не знал, куда уже хуже.

Они вернулись из гор и обнаружили регион в смятении. Чосер пропал, и это Лисандра не расстроило и не удивило. Чосер неплохо справлялся, вырос в кабинете канцлера. Но он даже кресло нагреть не успел.

Чосер должен был убежать, или его убили бы. Но после этого начался беспорядок.

Без канцлера совет начал писать свои правила. Разные указы приходили в порты, а с ними и новые налоги. Каждый был для того, чтобы поймать флот торговца, и каждый раз корабль был задержан, и совет издавал новый указ, чтобы изъять товары.

Доходило до смешного. Ввели правила, сколько бочек может быть на борту, сколько ящиков можно ставить друг на друга. Корабли с мачтой определенной высоты могли стоять в порту в определенных местах, один торговец приказал, чтобы места на пристани выделялись по ширине парусов. Колдерой впускал в свой порт только после полуночи до двух часов ночи.

Элдерс был хуже всего.

— Двадцать узлов от пристани, — проворчал Лисандр, грозовые глаза смотрели на темный горизонт. — Это все, что он сказал. Не уточнил, какие узлы, как далеко друг от друга они расположены. Это невозможно. Как это можно измерять?

— Думаю, в том и смысл, капитан. Ему плевать, сможете ли вы измерить. Больше нарушенных правил, больше золота для Элдерса, — через миг Шамус склонил голову. — Неплохой способ заработать, как по мне…

— Не стоит, — прервал его Лисандр. Он отцепил руки от борта и сжал их за спиной. — Мы заплатим налоги, и нам едва хватит для своих товаров. Это того не стоит. Нельзя так продолжать.