Она не могла заглушить всех сразу. Стражи были слишком далеко для этого. Они могла убить их быстро и не дать сбежать во двор за ней. Если они предупредят солдат на другой стороне, Элену раздавят, не дав дойти до Джейка.

Она не могла этого допустить.

Мир замедлился, она бежала среди стражи. Ее кинжалы спокойными арками плясали по глоткам, заканчивая жизни. Их позолоченные тела и брызги крови были лишь тенями по краям. Пока она боролась, Элена смотрела на Джейка.

Она смотрела, он обернулся на шум стражи, увидел ее маску. Его глаза расширились в узнавании… а потом взгляд потемнел, он нахмурился в безумии.

Она отбросила последнее тело, и Джейк напал на нее. Она откатилась от огненных чары и пригнулась от рева следующего. Магия не навредит ей, но она боялась, что сойдет с ума от попадания. Она могла прийти в себя с убитым Джейком, жертвой проклятия шептунов.

И она заставила себя быть терпеливой.

Чары проносились со всех сторон. Джейк был ужасно быстрым: он выпускал заряд за зарядом, земля чернела у ее ног. Элена хрипло дышала, ее мышцы болели, когда она уклонялась, но она быстро приближалась.

Наконец, она оказалась близко. Она бросилась к нему, Джейк был готов. Он поднял руку, и стена земли поднялась холмом у его ног.

Элена врезалась грудью в холм. Ее тело погрязло в грязи, дыхание вырвалось из легких. Земля собиралась под ней под взглядом Джейка. Он скалился, протянул руку, готовясь отбросить ее.

Другого шанса спасти его могло и не быть. Она может больше не подобраться так близко. Элена глубоко вдохнула и, за миг до того, как он отбросил ее, выбросила кулак в его лицо.

Холм рухнул, когда ее кулак попал. Элена пригнулась, холм растворился под ней. Слезы стояли в ее глазах. Запах магии проник под ее маску, пытался затмить все перед глазами.

Джейк напротив нее упал на колени. Кровь лилась по его лицу из сломанного носа. Его глаза были полны боли и без очков, в них было видно послание: «Все хорошо… делай».

Все в ней хотело остановить его кровь. Холодное облегчение наполнило ее тело от одной мысли, что она вырвет его горло, безумие в глазах чуть притихло. Но другое она хотела сделать куда сильнее. Она хотела этого больше всего…

И решение стало простым.

Элена быстро опустила Хрупкого — один удар по ноге. Боль отвлекла ее от ярости, алая кровь в ее ране прогнала красную пелену с глаз.

— Что…? С ума сошла? — Джейк подошел к ней. Он пытался заткнуть ее рану краем мантии, но она отбила его руки.

Элена дернула свою маску так, что она развалилась и упала на землю рядом с ней. Но ей было все равно. Разве это важно? Губы Джейка на ее губах, его теплые ладони на ее плоти… его объятия, что никогда не отпустили бы ее…

Это было важно.

— Прости, — сказал Джейк, когда она отошла, он смотрел на кровь, что оставил на ее подбородке. Он посмотрел на ее ногу и нахмурился через миг. — Ты ранила себя, чтобы не убить меня.

— Ты говорил, что боль ослабляет проклятие короля. Я подумала, что это подавит безумие шептуна, — сказала Элена.

— Это… гениально, — Джейк попытался улыбнуться, но скривился из-за разбитого носа. — Боль не будет отгонять проклятие вечно.

— Знаю, — Элена сжала цепи на его руке и чуть не закричала от удара магии по коже. Но она заставила себя разорвать их.

Цепи сломались. Она попыталась снять их с его руки, но они не двигались. Она убрала руки на миг, и они соединились. Она попробовала снова, но это повторилось. Она ломала цепи, и они срастались. Она попыталась убрать оторванный кусок, но цепь сильнее обвила его руку.

— Это не сломать. Это живой импульс. Он существует, пока жив я. Он питается биением моего сердца и теплом моей крови, — Джейк на миг посмотрел ей в глаза. А потом он оглянулся на детей-магов.

Они выбрались из воды и собрались на берегу, глядя на Элену с опаской.

Джейк глубоко вдохнул.

— Сломать проклятие можно лишь…

— Я не буду тебя убивать, — выпалила она, ожидая, что Джейк завопит. Но он лишь улыбнулся.

Улыбка была спокойной, печальной. Его взгляд топил ее гнев, осознание сжимало грудь.

— Помнишь, что ты сказала мне, когда мы бились с лордом бандитов в Поляне? «Кто-то умрет сегодня, маг. Это не изменить, но можно сделать так, чтобы среди мертвых было меньше друзей». И когда дикари пройдут врата…

— Я не это…

— …они выпустят силу моря на себя, пиратов, великанов и лагерь за ними. Это не магия, — сказал он, заглушив ее возражения. — Вода настоящая. Я знал, что за нами придут шептуны. И когда мне приказали найти способ остановить их, я придумал это, — он указал на воду за собой. — Океан из бурь, созванных со всего королевства, ловушка, которой хватит сил сокрушить любого у ворот и утопить остальных. Те, кого не отбросит в деревья, задохнутся. Дар шептуна их не спасет. Это я делаю, Элена. И я всегда так делал. И я заслужил не только умереть. Но, когда я умру, ты сможешь предупредить остальных. Ты не дашь им пересечь стену. Если кто и умрет сегодня, пусть это буду я. Прошу, — он потянулся к ее руке. — Моя жизнь всего этого не стоит.