— Да. Очень, — быстро сказал он. — Один укус тебя убьет.

«Ты даже не укусишь… — через миг Руа вздохнул. — Но ты не стоишь боли в животе. Никаких гнезд, человек. Если не хочешь дождя, спи под деревьями, и земля теплая, не замерзнешь».

Земля тут была странно теплая. Каэл часто лежал без сна, пока Килэй спала рядом с ним, и ощущал течение жара. Казалось, земля была живой, и горы были ее шипами, холмы — плотью, а гора в центре — головой.

Если так и было, то огни под землей были пульсом острова. Ритм был уверенным, тепло — глубоким. Но он все еще не понимал, почему они должны спать открыто.

Он хотел возразить, но Руа поднял голову и повернул ее на юг. Он смотрел долго, и Каэлу стало любопытно. Дерево рядом было с низко склоненными ветками, и он быстро забрался на них.

Долина раскинулась перед ним. Высокая трава раскачивалась под ледяным ветром, как перья жуткой птицы на холоде. И только большая круглая часть травы не двигалась — участок под телом сияющего лилового дракона.

Этот дракон был чуть меньше Руа. Его тело было длинным и тонким, рога торчали вперед из головы. Шипы на его голове были мелкими, на концах напоминали иглы.

Голос Руа загремел над деревьями, доносясь до долины внизу. Лиловый дракон поднял голову и ответил мягче.

Каэл не успел спросить, Руа прижался влажным носом к его колену, так грубо, что тот чуть не упал с ветки.

«Как только половинка доделает то, что мы попросили, вы покинете Родину. И больше не вернетесь».

Каэл был не против. Он не хотел жить там, где его заставляли проводить ночи на траве. Но ему было любопытно.

— О чем вы попросили Килэй? И кто «мы»?

«Я не могу сказать, что ее попросили сделать. Она попросила скрыть это, я так и сделаю».

Каэл с трудом сохранил голос ровным.

— Да, она любит тайны, сама потом от них страдает. Она печальна, — он увидел в глазах дракона неуверенность. — Я никогда не видел ее такой несчастной. Я хочу помочь.

Килэй была сама не своя, и это тревожило его сильнее, чем правила Руа. Не в ее стиле было пропадать весь день. Она возвращалась и не смотрела на него, ему в глаза, не касалась его. И когда он пытался дотронуться, она пятилась, словно из его пальцев росли шипы.

Одной из ночей между ними появилась полоска земли. Теперь она была шириной с ладонь. Он не был уверен, что она возвращалась бы к нему, если бы Руа не запрещал летать по ночам. Каэл думал, что она страдает, но ему было еще хуже. Он не знал, что делать.

Если Руа скажет, какое у нее задание, он поможет. Но дракон отказывался.

«Она просила утаить от тебя. Мы не можем не слушать искреннюю просьбу».

— Кто «мы»? — спросил Каэл, надеясь, что узнает хоть что-то о происходящем.

«Моя пара», — ответил Руа. Его грудь раздулась от слова, растянув его шрам.

Каэл посмотрел из-за него на лилового дракона на траве.

— Это она?

«Она? — глаза Руа стали огромными. — Ты слепой? Это не она. Это Коркра — друг с севера. Ты бы сразу узнал мою пару, — прорычал он. — И не сомневался бы».

— Хорошо, — медленно сказал Каэл. Он ощущал зубы Руа у своей ноги, не мог забыть, что его легко перекусить. Он старался говорить осторожно. — Кто такой Коркра?

«Он живет со свой парой в пещерах на севере, там всегда вечер. Я его не видел сто лет, но мои дочери разнесли по всем гнездам весть, что тут половинка и человек. И он прилетел посмотреть…».

— Погоди. У тебя есть дочери? — сказал Каэл.

«Да, — слова звучали между рычанием и стоном, желтые глаза Руа закатились. — Боюсь, их болтовня меня прикончит, человек, если это не сделает время. Обычно я бы не пустил Коркру на свои земли, — продолжил он, глядя на долину. — Но он прилетел с уважением, и я не мог ему отказать».

— Как лететь с уважением? — спросил Каэл.

Руа посмотрел на него как на глупца.

«Замедляя крылья и опускаясь под облака, конечно. Высота — все для дракона. Чем дальше ты в воздухе, тем больше силы в твоем падении. Так что самец, что хочет мне навредить, летит над моей головой, а тот, кто уважает меня, такого не делает».

Хотя Каэл не хотел признавать, он отметил в этом смысл.

— Так твои дочери летали? С уважением?

Смех Руа загудел в груди.

«Нет, человек. Дочь — женщина, и они не борются за небеса или земли, — сказал он при виде смятения Каэла. — Они — не угроза для нас, и они могут летать, как хотят».

Каэл все еще пытался понять все это, когда Руа прижался шипами к его колену, оставляя синяки.

«Я должен идти, человек. Коркра присмотрит за тобой, так что лучше не уходи от его взгляда, — голос Руа стал рычанием, и он добавил. — Иначе он порвет тебе живот. Я видел, как он убивал созданий крепче тебя».

Холодок пробежал по спине Каэла. Он поглядывал на лилового дракона, который перебрался на колючие кусты.

— Куда ты?

«К своей паре, — его глаза засияли. — Боль в груди стала невыносимой. Ее сердце зовет меня, и я должен ответить».