– Что? – проскрежетал я.

– Они вернулись. Счет закрыт.

– Какого хрена ты имеешь в виду, говоря, что они вернулись?- я реву, вставая и сметая все предметы с моего стола. Они с грохотом летят на пол вокруг меня, мой стакан присоединяется к ним. Из-за этого появляется влажное пятно на полу, до того, пока не просачивается сквозь бумагу, разбросанной вокруг. Мне все равно.

Это все может сгореть, и это также не будет иметь значения.

– Это означает, что она закрыла свои счета. Она ушла. Она забрала свою мать, свою жизнь и ушла.

– Тогда найди ее! – закричал я.

– Зачем? – он рявкнул. – Это ведь то чего ты хотел, не так ли?

Я сжал и разжал кулаки.

Он прав. Я знаю, что он чертовски прав.

Я сказал ей все эти слова в тот день, эти ужасные слова, чтобы заставить ее уйти и никогда не возвращаться. Я освободил ее. Я дал ей шанс на жизнь без меня.

Сейчас… блять, сейчас… это пиздец, как больно, что я не могу от этого избавиться.

Отчаяние стало моим новым лучшим другом.

– У нее ничего нет, – проскрежетал я, – ты блять понимаешь? Ничего. Положить эти деньги на ее банковский счет, было способом убедиться, что ей жилось легче после того, что...

– Что ты сделал? После того, как поимел ее жизнь.

Я стреляю в него таким смертельным взглядом, что он вздрагивает.

Он прищуриваться, понижая голос до мягкого, но с тихим шипением.

– Ты сделал выбор, Маркус. Ты облажался. Она ушла. Больше нет ничего, что ты можешь сделать. Двигайся дальше.

– Найди ее, – бормочу я, – мне нужно знать, что она в порядке.

– Нет.

Я вздрогнул и зарычал.

– Извини?

– Я сказал нет. Я закончил. Прошел месяц. Она ушла. И она не вернётся. Ты должен взять себя в руки и двигаться дальше. Это то, чего ты хотел. То, почему ты отправил ее прочь, ненавидя тебя. Если ты не сделаешь это, я найду кого-то ещё, чтобы справиться с этим.

– Это угроза?

Он поворачивается, идя к двери.

– Нет, это, блять, обещание. Возьми себя в руки.

Взять себя в руки.

Как я должен взять себя в руки, когда мой клей, блять, ушёл?

Катя 

Тогда

Нет хуже чувства в мире, чем боль. Не боль от раны или от удара, а боль вашего разбитого сердца. Боль - это то, что вы не можете описать, пока она копается в твоей душе и устраивается поудобнее. Вы думаете, что понимаете, как другие проходят через это, порой удивляясь, какого черта они просто не могут “справиться с этим”. Но пока вы не будете на этом месте, вы никогда не поймёте боль.

Никогда.

Возьмите ваш худший кошмар и умножьте его на сто. Вы знаете эти ощущения, которые стискивают вашу грудь, перехватывая дыхание? Удвойте его. Что насчёт мурашек, которые бегут по вашей коже и каждая ваша конечность онемела, как после лихорадки?

Утройте его. Затем ваше сердце.

Непоправимое. Сломленное. Уничтоженное. Повреждённое.

Разбитое вдребезги.

Вот, что произошло с моим сердцем в тот день, когда Маркус Тандем разбил его. Я могла бы сказать, где это закончилось, но это не так. Я до сих пор зла и купаюсь в боли, пока она не затуманивает мой разум и человек, которым я была, становится далёким воспоминанием. Ее больше нет. Нет ничего кроме зияющей, ноющей раны в груди. Он сломал меня. Он взял мою жизнь в свои руки и сжимал ее, пока она истекала кровью на землю, не оставляя ничего, кроме пустой оболочки.

Моя жизнь никогда снова не станет прежней, и он будет тем, кто заплатит за это.

Однажды.

Однажды, когда я снова найду способ дышать.

Глава 1 

Катя

– Заказ!

Я волочу ноги в своих изношенных туфлях, скрипя по мягкому деревянному полу.

Я взглянула на клиентов, которые проходят мимо меня, их глаза не более чем отверстия в моем больном разуме. Они ничего не значат для меня. Я ничего не вижу, ничего не слышу и даже не чувствую. Моя душа словно бездонная пропасть. Мое тело движется только потому, что должно.