Элеандора замолчала, протянув руку к мужчине. Словно могла дотронуться до него через пространство. На ее лице мелькнуло нечто странное, болезненное, отчего внутри первого рыцаря всколыхнулась волна отвращения.

Царица и правда хотела его вернуть. Давала ему шанс даже после того, как он убил нескольких человек.

Холодная улыбка искривила его губы.

— Брось оружие и я пощажу тебя, — мягко сказала фурия, словно пытаясь найти в нем искру понимания. — Или умрёшь.

В этот момент на площадке сада начали появляться порталы. Из каждого выходил новый рыцарь мрака, держа в одной руке амулет вроде того, что был у Дайрена, а в другой — готовое к бою оружие.

Мужчина не смотрел на них. Только лениво отмечал новую вспышку то тут, то там. В его голове пульс отмерял удары сердца, как бешеную музыку, знаменующую кровавый бал. В глазах давно потемнело от боли и безысходной ярости.

Пустоты.

— Сдавайся, — вдруг раздался голос откуда-то сбоку. Надломленный, как и он сам. — Ее все равно не вернуть…

Дайрен повернул голову, сдвинув брови. Кэльфиан смотрел на него спокойным серым взглядом. Взглядом покорившегося.

И от этого внутри Дайрена все ещё больше закипело. Он через силу разжал губы и ответил:

— Я впервые почувствовал то, ради чего стоит умереть, Кэл. И если сейчас это случится, я буду знать, что погиб ради самого ценного, что было в моей черной, лишенной смысла, жизни.

Серые глаза фея на миг вспыхнули серебром и снова потухли, словно он ненадолго заразился тем самым безумием, сквозившем в каждом движении первого рыцаря.

Дайрен отвернулся от парня, перехватив кинжалы покрепче. Встретился взглядом с Нериэнтой, которая слышала каждое его слово. Она кусала губы, и ее глаза странно блестели. Искрящийся молниями темно-фиолетовый шар на кончиках пальцев сменил цвет на розовый и почти потух.

— Так что ты решил, Первый? — воскликнула царица, напряжённо теребя золотую цепочку на поясе платья.

Дайрен улыбнулся. Широкой и заразительной улыбкой. Такой довольной, что Элеандора уже почти начала улыбаться в ответ.

А затем напал. Он ринулся вперёд, пытаясь разорвать кольцо гвардейцев ураганной магией. Ветер ворвался в стройный ряд личной стражи царицы, раскидывая первых двух воинов в разные стороны. Остальные устояли, мгновенно смыкая линию.

Но Дайрену хватило этого времени, чтобы добраться до Элеандоры. Одного из подоспевших врагов он полоснул кинжалом по горлу, второго — оттолкнул ударом ноги. И в следующий момент схватил царицу за копну волос. Занёс кинжал для удара и… промахнулся.

Фурия засияла. Многолетний магический опыт позволял ей колдовать очень быстро.

В руках первого рыцаря оказался лишь воздух. А затем началась бойня.

— Что ж, ты сделал свой выбор, Дайрен, — с глухой ненавистью проговорила Элеандора, появившись в тот же миг под раскидистыми ветвями Рэн. Рядом с последним феем. — Убейте его! И постарайтесь сохранить голову! Хочу положить ее в банку и поставить на пьедестал в тронном зале. Буду любоваться и вспоминать, как отрезала ее от искромсанного кинжалами тела!

На последних словах она почти кричала, выплевывая свою ярость и разочарование. Но Дайрен уже не слушал. Со всех сторон на него нападали рыцари мрака, и с каждой секундой он всё сильнее терял позиции. Старая рана открылась, и к ней прибавлялись новые. Рубашка пропиталась кровью и потом. Но он все ещё был жив в отличии от тех рыцарей, что уже лежали в траве и корчились в агонии. Их число увеличивалось. Но врагов не становилось меньше.

Он не знал, почему все ещё жив. Но чувствовал, что это благодаря магии Арилейны, струящейся в его венах. Она не только поддерживала его существование, но и делала смертоносным противником. А память о фее заставляла мужчину стоять на ногах, мечтая только об одном. Воткнуть лезвие в глотку первой фурии королевства.

Он считал шаги, незаметно передвигающие линию боя в сторону царицы. Но все было бесполезно. Она стояла слишком далеко. А амулет сияния, что носил с собой каждый рыцарь, израсходовал свой заряд.

Амулет…

Только что один такой упал в траву, выроненный его соперником.

Наклониться, достать. Засиять.

Убить.

Сердце стучало в глотке. Сил почти не осталось. Неожиданно Дайрен бросил взгляд на Нериэнту, сплетающую какое-то бесполезное колдовство. Бесполезное, потому что мужчина знал: в ее распоряжении было множество заклинаний гораздо более сильных. Но она щадила его.

И тогда Дайрен вдруг увидел, как Чернокрылая кивнула в сторону горизонта.

Первый рыцарь коротко вздохнул, без слов понимая, что она имела в виду.

Чтож. Либо сейчас, либо уже никогда.

Резко наклонился в траву за амулетом и застонал.

Сильная боль пронзила бок где-то в области почек. Дрожащая рука сжала камень. Пальцы провернули механизм.

— Элеандора! — воскликнула Нэриэнта, испуганно схватившись за волосы.

В глазах царицы вспыхнул страх.

В этот момент случилось то, на что и рассчитывали Дайрен с Нери. Закат на горизонте окончательно потух, на секунду погрузив сады Медуз в непроглядная мрак. Всего миг, во время которого произошло слишком многое. И, когда магические фонари, окружающие аллею, зажглись сами собой, все уже резко изменилось.