Я разложил на столе большую схему с упомянутыми данными — полными именами, номерами мобильных телефонов и электронными адресами всех банкиров UBS с названиями гостиниц, в которых они остановятся.

— Вот план действий, — сказал я. — Мы живем в мире после 11 сентября. Вы можете отслеживать почти все происходящее в каждом уголке земного шара. Так что это не будет сложно. Все, что вам нужно, — это взять у меня имена и связаться с министерством национальной безопасности. Вы будете в точности знать, когда они прилетят, и сможете захватить их в аэропорту или в гостиницах вместе с их компьютерами и телефонами. Однако вам нужно действовать быстро и согласованно — у компьютеров и телефонов есть аварийная кнопка, которая удаляет все данные с устройств. Вы не должны дать этим парням возможность нажать кнопку. Их нужно арестовать максимально быстро.

На лицах у Даунинга и Келли появилось типичное для бюрократов выражение «не учите меня делать мою работу». Вы наверняка знаете, как это выглядит. Таких же ребят вы видите, когда стоите в длинном хвосте на регистрацию машины или на почте. Однако я попытался еще раз убедить их, что это самый крупный выигрышный билет за всю их жизнь.

— У каждого банкира до двухсот счетов, а это значит, что вы можете за один заход легко получить данные более чем о тысяче американских владельцев счетов в UBS!

— Вы слишком много смотрите телевизор, — выпалил Даунинг. — Это какой-то Голливуд.

Он тут же зарубил идею на корню. Телевизор был тут ни при чем, я вообще почти его не смотрю. Было ясно, что Даунинг не хочет пользоваться методами, о которых он сам не подумал. К тому же славу за эту операцию мог получить я, а не он! Не годится!

Поймите правильно — этот план сработал бы. Правоохранительные органы США не только получили бы данные о более тысячи американских держателей счетов в UBS, но и смогли бы арестовать несколько частных банкиров. Затем на банкиров можно было нажать с целью получения дополнительной информации, которая подтвердила бы то, что я уже рассказал министерству юстиции. Ничего сложного, верно?

Неверно. Наша встреча тут же прекратилась, совершенно внезапно. Даунинг и Келли встали и двинулись к двери, а Курц последовал за ними, как смущенный щенок.

— Мы дадим вам еще один шанс, — обратился Даунинг ко мне и моим адвокатам. — Принесите нам серьезную информацию об американцах, уклоняющихся от налогов, и мы подумаем, чем мы можем вам помочь.

А затем они ушли. Ушли и мы.

— Что это была за хрень? — возмутился я, когда мы трое втиснулись в такси.

— Возможно, ты их напугал, — сказал Рик и покачал головой. — Эта история про Аббаса и Джулиани. Обязательно нужно было говорить именно о нем? Господи Иисусе, Брэд!

— Ну, если они такие слабаки… — сказал я. — По крайней мере, теперь они поняли, что у меня есть. Может быть, теперь они захотят пойти на сделку.

— Постучим по дереву, — ответил Рик.

— Вот что, господа. — сказал я. — Я дам вам еще одну попытку, и хватит.

Однако в следующий раз все получилось совсем иначе. Наша очередная встреча заняла меньше часа. Мэтью Курца на ней не было, а Даунинг и Келли вели себя так, как будто отправились на исповедь, а духовник их предупредил, что им не стоит иметь дела с дьяволом. Гектор и Моран еще раз попытались выбить для меня повестку или возможность иммунитета, однако Даунинг откровенно притворялся глухим.

— Мы тщательно изучим все эти документы, а затем сообщим вам о нашем решении.

— Когда мы можем связаться с вами? — спросил Пол.

— Не звоните нам. Мы сами вам позвоним.

— Где-то я уже это слышал, — пробормотал Рик.

И мы опять оказались на улице. В своей жизни я всего лишь раз или два чувствовал уныние, и это был как раз тот случай. Я столько пережил, чтобы вручить победу американскому налогоплательщику и пригвоздить к позорному столбу коррумпированную швейцарскую систему, а взамен получил пинок под зад. Честно говоря, я чувствовал, будто мне публично надавали пощечин.

— Так не пойдет, — сказал я своим адвокатам. — Идемте туда, где нас будут слушать. Давайте обратимся в Сенат США.

— В Сенат? — Рик остановился и посмотрел на меня. Затем указал пальцем на Капитолийский холм. — Вон туда?

— Именно. Организуйте мне вызов для дачи показаний в Сенате США. Я расскажу сенаторам обо всем, включая имена клиентов — адреса, номера телефонов, названия их яхт, имена подружек и клички гончих лошадей. А эти тупицы из министерства юстиции могут валить на хер.

— Хорошо, Брэд. Мы попробуем, — сказал Пол. — Где тебя можно будет найти?

— Дома.

— В Женеве?

— Да, пока что мне там как-то спокойнее.

Затем я поймал такси до гостиницы. Я был полностью вымотан, будто пробежал трехдневный марафон в свинцовых ботинках. А еще я был зол как черт. На секунду мне захотелось раздолбать в моем гостиничном номере все на куски, как будто я Кит Ричардс [60] под кокаином, но это было бы, пожалуй, уже чересчур. Я сорвал с себя дурацкий костюм, налил виски из мини-бара и уже было собирался отправиться куда-нибудь в парк, чтобы выкурить гаванскую сигару, как вдруг зазвонил мой мобильный телефон.