Ой, нет.

Не уверена, что я хочу продолжать этот разговор, вообще не уверена, что хочу об этом говорить. Когда-либо. Просто для меня причинение боли — это нечто из ряда вон, и если люди таким увлекаются — это их дело, но…

Но сейчас я сидела на коленях у мужчины, который говорил об этом так буднично и просто, как о чем-то незначительном.

— Эрик, — серьезно спросила я. — Ты хочешь, чтобы наши отношения были такими же? Я помню, что ты говорил про тьму, и…

— Шарлотта, я хочу отношений с тобой, — он мягко меня перебил. — Ты же помнишь, что я говорил про добровольность?

— Просто я не уверена, что когда-либо такого захочу, — сказала я. — Точнее, уверена в том, что не захочу никогда. А ты уверен, что захочешь продолжать наши отношения, если в них не будет… этого?

— С тобой сложно быть в чем-то уверенным, — Эрик поднес мою руку к губам и поцеловал. — Но в одном можешь быть уверена точно: между «этим» и тобой я выберу тебя.

От таких слов внутри разлилось тепло. Мягкое, согревающее, дарящее уверенность и странную, легкую радость. Точнее, от этой радости я сама становилась легкой, как воздушный шар, который согрели огнем, вот только огонь этот горел в руках самого удивительного в мире мужчины.

— Впрочем, это не помешает мне тебя выпороть, если ты еще хоть раз подвергнешь свою жизнь опасности, — он не позволил мне возразить, — какой бы серьезной ни была причина. Слышишь, Шарлотта?

Он посмотрел на меня внимательно, без свойственной его взгляду жесткости, но так, что я поняла: выпорет.

— Слышу, — буркнула я. — А говорил, выберешь меня.

— Тебя, — подтвердил он. — Именно поэтому и выпорю, так что когда вздумаешь в следующий раз собой рисковать, подумай об этом. А теперь идем завтракать.

Меня ссадили с колен, и пока я приводила себя в порядок, Эрик успел сменить рубашку, которую подрала мисс Дженни. Кошка, кстати сказать, выглядела крайне недовольной, что приходится делить жизненно пространство с таким безжалостным типом, поэтому в знак протеста растянулась поперек кровати в две свои длины.

— Совершенно невоспитанная тварь, — заявил Эрик, когда она зашипела на него, стоило ему попытаться стряхнуть мисс Дженни на пол.

Прежде чем я успела ойкнуть, раскрылся портал, и кошка провалилась сквозь кровать.

— Опять?! — взвыла я. — Эрик!

— Я открыл портал прямиком на кухню, так что не думаю, что она будет в обиде, — он шагнул ко мне с платьем бирюзового цвета. Яркого-яркого, как морская гладь в солнечный летний день. — А вот уважать меня научится.

— Скорее, научится гадить тебе в ботинки, — скептически заметила я, а потом кивнула на платье. — Мне нужно надеть корсет и белье, а они остались в мастерской.

— Не нужно, — уверенно заявил он. — Сегодня ты ходишь без него.

— Без чего? — уточнила я. — Без корсета или без белья?

Да, кажется общение с Эриком не прошло для меня бесследно.

— И без первого, и без второго.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда ты заплетаешь мне косу.

— Что?

Его лицо надо было видеть.

— Косу, — сказала я. — У меня как раз есть лента под это чудесное платье.

Не дожидаясь ответа, направилась в свою спальню, а вернулась уже с лентой, которую мне вернул Ирвин. Вручила ее Эрику.

— Вот.

Он приподнял брови.

— Ты точно этого хочешь, Шарлотта?

— Разумеется. А что? — невинно посмотрела на него.

— Ничего, — Эрик плотно сжал губы, и это меня всерьез насторожило. Я даже халат поплотнее запахнула, на всякий случай.

— Ничего?

— Не считая того, что в Иньфае женщина просит мужчину разобрать ей прическу, если приглашает к близости.

— А если просит собрать?

— Это означает, что ей все безумно понравилось, и она ждет его на следующую ночь. Или в любое время, когда ему заблагорассудится.

У-у-у-у-у!

Я выхватила ленту из рук Эрика.

— Ты о чем-нибудь другом хоть иногда думаешь?!

— Точно не когда смотрю на тебя, — он провел пальцами по моей щеке. — Но косу тебе все-таки заплету.

Я отвела руки за спину, и он приподнял бровь.

— Тебе не понравилось, Шарлотта?

— Понравилось! Но я бы хотела, чтобы ты не сводил все наше общение к … к…

— Интимной близости, — подсказал он.

Я сверкнула глазами и резко развернулась, направляясь к себе в спальню. Разумеется, меня тут же перехватили и притянули к себе.