Анна медленно кивнула и внимательно посмотрела на него, словно ожидая продолжения.

– Отсутствие человека не только не болезненно, но и не приводит ни к каким нарушениям.
– продолжил Николас.
– Силы не уходят, внешний вид не меняется и не ухудшается. Проще говоря, человек может прекрасно жить и в одиночку.

Чуть побледнев, Анна, тем не менее, благодарно улыбнулась и опустила глаза. Николас еще какое-то время смотрел на нее, а потом вернулся к лекции. В классе вновь воцарилось прежнее спокойствие, и глаза всех устремились к фигуре учителя. Роза тоже продолжала смотреть на него, но произносимые им слова едва долетали до ее сознания, превращаясь в монотонный гул.

До сих пор она и не задумывалась над тем, что на самом деле чувствует Анна, оставив в России не только свою дочь, но и всех родных и друзей. Стыдно признаться, но за все это время Анна так ни разу и не намекнула ей о том, как сильно скучает по всем ним. Нет, она исправно поддерживала в себе хорошее настроение, хотя если кто и имел право впасть в уныние, так только она.

А вспомнив, что и в России она никогда не видела Анну унывающей, хотя тогда та ждала ребенка от человека, с которым только недавно рассталась, Роза и вовсе вся съежилась от стыда. Покраснев, она опустила голову на руки и весь остаток урока провела, виновато поглядывая на свою родственницу.

Когда прозвенел звонок и все потянулись к выходу, Николас подошел к их парте и окинул Розу и ее соседку задумчивым взглядом.

– Если я не ошибаюсь, - начал он, когда последний ученик покинул класс и остались только они трое, - вы вернулись только на днях, верно?

Анна перестала убирать свои вещи в сумку и молча кивнула.

– Да, мадам Ришар мне рассказывала, - тоже кивнул Николас.
– И там, откуда вы прибыли, не живут Солтинера...

Это было скорее утверждение, а не вопрос, но все-таки Николас смолк, вопросительно глядя на обеих девушек.

– Я встречала только двух, - ответила со вздохом Анна, решительно взглянув на учителя.
– Это не считая Леона с Розой, понятное дело.

Судя по лицу Николаса, он предпочел бы более развернутый ответ, но Анна не стала пояснять и он добавил:

– Значит, вы узнали о том, кем являетесь, от этих двух?

– Не совсем...
– Анна неловко пожала плечами.
– Они ничего мне не рассказывали, и мне приходилось удовольствоваться случайно оброненными фразами. Ничего особенного я так и не узнала, и только после появления Розы и Леона начала кое в чем разбираться.

– Мы ей все рассказали, - согласно ввернула Роза.

Николас быстро кивнул ей и сказал, вновь обращаясь к Анне:

– Но как же вы объясняли своим родным и близким ваше нежелание есть?

Задумчиво глядя на него, Анна аккуратно заправила локон за ухо и смущенно пояснила:

– У меня имелось около десятка отговорок: на все случаи жизни.

Николас улыбнулся и недоверчиво качнул головой.

– Хотя иногда было сложно, - добавила Анна уже более раскованно.
– Наш город ведь славится дождливым климатом, и поэтому мне приходилось уговаривать родных отправить меня на юг. И делать это приходилось часто...
– протянула она, поежившись.
– Сколько я себя помню, мне всегда не хватало солнца.

Она смолкла и опустила голову, а Николас нахмурился.

– Так что эта лекция многое мне объяснила, - продолжила Анна, вновь улыбнувшись и кивнув на доску.
– До этого я как-то и не задумывалась над тем, почему меня по жизни сопровождает кошмарная погода, от которой и жить-то не хочется, не то что... И меня сбивает с толку такая несправедливость, - прервала она себя, решительно взглянув на Николаса.
– Не все же Солтинера знают о том, кто они есть, верно? И что им - всю жизнь гоняться за солнцем, чтобы не умереть от голода?

Пока она говорила, взгляд Николаса скользил по классу, и он окидывал все находящиеся в нем предметы странными, угрюмыми взглядами.

– Чаще всего, - медленно, как будто подбирая нужные слова, начал он, едва Анна смолкла, - гоняться не приходится, так как Солтинера живут в городах с идеальными погодными условиями.

Анна и Роза переглянулись, а потом одновременно покачали головами.

– Потому что они не живут одни, - докончил свою мысль Николас.
– Всегда поблизости оказывается кто-то, способный повлиять на погоду. А вместе ведь уже нечего бояться голодной смерти. В вашем случае, - он взглянул на вытянувшееся лицо Анны, - можно сказать, что этот кто-то просто не мог жить поблизости от вас. Но это не означает, что вы были одни - ваши способности ведь и появились у вас потому, что кто-то вам их передал.

– Но...
– протянула Анна, совершенно смешавшись.

– Ваши родители ведь не Солтинера?
– задал риторический вопрос Николас, чуть вздернув брови.
– Иначе бы вы не жаловались на погоду. Значит, кто-то посторонний передал вам ваши способности, а потом...

– ...этот кто-то бросил меня?
– Анна недоверчиво и чуть ли не насмешливо округлила глаза.
– Вы это имеете в виду?

– А ведь верно...
– протянула Роза, изумленно глядя на родственницу.
– У меня ведь произошло то же самое! И кто же это был?
– спросила она у Николаса, воинственно нахмурившись.
– Кто этот негодяй, который заставил ее жить больше двадцати лет в таких кошмарных условиях? Она ведь запросто могла погибнуть!