Миро - они все это поняли, даже Тони, - не был хорошим. Такой же злой, как и эльфы, такой же подлый, как и... Остроухие?

Рэ пытался сражаться. Знал, что его могут ранить. Убить даже - и сказать, что так вышло. За ним никто не будет плакать. И дома его не ждут - потому что негде. Потому что та хижина, сожжённая кем-то - это не дом, это так, подобие. Страх его прошлого.

Но Громадина Тони на то и был Громадиной - высоченный, широкоплечий и с такой мощью в руках, что мог бы без оружия разорвать Рэ на две части. И сделал бы это - когда выбил меч из рук, повредив, кажется, запястья, когда толкнул ногой - это ведь бой без единого правила.

Когда занёс страшное лезвие, собираясь нанести победный удар. До первой крови. До первой смертельной крови.

Он не зажмурился. Смотреть в глаза смерти не так уж и страшно; не Каена Первая ведь склонилась над ним со своей кошмарно прекрасной улыбкой.

Сейчас он умрёт. Его разрубят на две части - и...

И меч стёк каплями стали по рукояти - осел на белый мрамор арены. Громадина Тони только обернулся - и замер.

Мужчина в мантии вытянул левую руку, стянул перчатку - и покрытые шрамами пальцы словно пытались впитать воздух. Тонкая кость и множество увечий - страшно было представить, как выглядело его тело, если у него такие руки. Но всё же - пальцы мага. Тонкие, длинные, музыкальные - он не был воином. Он излучал силу даже так, даже сгорбившись.

Он не должен был читать молитву.

– Такой же злой, как эльфы, - будто повторяя мысли Рэ, протянул он на удивление молодым, мягким голосом, совершенно не подходившим к этим израненным рукам.
– Такой же подлый, как...
– он посмотрел на Миро.

– Как остроухие, - повторяя древнюю молитву, отозвался мечник.

– О, нет, - фыркнул мужчина, так и не сбрасывая мантию с плеч.
– Как люди.

Миро промолчал. Может быть, понимал, что не стоит. Может быть, ненавидел безымянного.

– Мастер, - окликнул его Фирхан, - вернитесь на место.

Тот, почти дойдя уже до коллеги, обернулся, посмотрел на магистра и коротко покачал головой.

– Стань в строй, Громадина Тони. Ты зачтён, - холодно изрёк он.
– А ты вставай, Рэ.

– Да.

– Да, мой...
– вновь подсказал Миро.

– Да, - сухо оборвал его мужчина в тёмном.
– Вставай. Да, Миро?

– Да, - ответил тот, словно вторя словам ученика.

– Да, мой...
– фыркнул мастер.
– Стань в строй, Миро.

Он подошёл к стенду с оружием, пробежался тонкими пальцами, теми самыми, что, наверное, никогда не держали ничего тяжелее посоха в руках - и Рэ показалось, что шрамы куда-то пропали, - а после швырнул ему оружие полегче, боевую шпагу. Вполне логично - мальчишке ничего тяжелее не поднять.

Осмотрел толпу, словно пытался подобрать ему соперника получше, после вынул из ножен на стенде вторую - и взвесил её в руке. Повернулся к мальчишке, тёмный, подобный страшной тени, и сделал первый выпад прежде, чем тот успел хотя бы сообразить в чём дело.

Миро ждал, что мастер ради собственного довольства, ради того, чтобы доказать силу, сейчас убьёт его. В Академии не милуют, в Академии только ухудшают наказание. Но нет - Рэ, словно ожив, отбил тяжёлый удар, вывернулся, гибкий, будто змея, ускользая в сторону и дожидаясь того мига, когда наконец-то все это закончится.

Он всё ещё не был в своей стихии. Пропускал самые простые удары - отбивал самые тяжёлые финты...

И когда мастер отбросил шпагу, вскидывая руки, ответным жестом остановил пусть слабую, но силовую волну - и рухнул на колени, пошатываясь, но пытаясь удержать контроль.

– Встань, - холодно проронил мастер.
– В строй.

Кто-то громко загоготал. По толпе пробежался недовольный шепоток - все они смотрели на Миро. Может быть, мастер не умеет фехтовать? Маг - да, но он мог и поддаться, а на шпагах не драться никогда в жизни, вот мальчишка и умудрился не ударить в грязь лицом. Они бы тоже так могли...

– Не можешь доказать и им свою силу, Мастер?
– кажется, Миро не знал - или не хотел упоминать, - имя мужчины.
– Думаешь, что победа этого мальчишки - подтверждение его мощи, а не твоей слабости?

Фирхан не вмешивался. Может быть, думал, что всё идёт своим чередом. Всё такой же седой, такой же спокойный, смотрел на них, дожидаясь чего-то, и Мастер не проронил ни единого слова.

– Выбери удобное тебе оружие, - протянул наконец-то он, стягивая вторую перчатку - рука была всё с теми же шрамами, но теперь они словно потеряли значение и больше не притягивали взгляды.
– И докажи, мечник.

Миро хохотнул. Маги не сильны в фехтовании. Маги вообще ни в чём не сильны - и если ему нужны перчатки для того, чтобы сдерживать свой дар, это свидетельствует не о его силе, а о том, как он легко и просто теряет самоконтроль.