Фыркнув, Мэнни добавил:

– Лауре все равно этот сукин сын никогда не нравился.

Я знала, что Лаура - это, должно быть, жена Мэнни.

Блэк ничего не сказал. Я видела проблеск боли в его глазах, когда он посмотрел на своего друга - друга, который только что убил отца своих внуков, чтобы спасти жизнь Блэка.

Однако он лишь посмотрел на него.

Затем Ковбой подошёл ближе ко мне, держа пистолет наведённым на коридор.

Я даже не видела, как он прошёл мимо остальных, чтобы добраться до нас.

– Думаю, теперь все чисто, босс, - сказал он, кивнув Блэку.
– Вампиры более-менее исчезли, как только мы добрались сюда.

Блэк поколебался, затем отвернулся от Мэнни.

Встретившись взглядом с Ковбоем, он кивнул в знак того, что услышал его слова, и впервые после появления Красного посмотрел на всех остальных. После паузы он махнул Ковбою шагать вперёд, жестами показывая, что хочет, чтобы он его прикрыл.

– Мэм, - сказал Ковбой, кивая.
– Не возражаете, если я пойду впереди?

Взглянув на двойные мечи, которые висели за его спиной в сделанных на заказ ножнах, я кратко кивнула, поджимая губы.

– Мне придётся тоже обзавестись такими, - пробурчала я.

Ковбой усмехнулся, но не опустил свой Кольт Питон и не отвёл глаз от коридора, шагая вперёд, пока не очутился бок о бок с Блэком.

Я видела, как они посмотрели друг на друга.

Затем Ковбой пошёл вперёд Блэка, бесшумно продвигаясь по коридору.

Обойдя отрубленную голову последнего вампира, которого убил Блэк, Ковбой приблизился к проёму в стене, из которого появился Красный. Он все ещё держал пистолет, но теперь уже одной рукой, а другой потянулся за спину, хватая рукоятку одного из мечей.

Крепче перехватив меч, он скользнул вперёд ровно настолько, чтобы заглянуть за угол.

После паузы, во время которой он поглубже заглянул в проем, Ковбой осмотрел пространство по другую сторону.

Затем он посмотрел на Блэка, хмурясь.

– Тебе лучше подойти сюда, босс, - сказал он.

Мельком взглянув на меня и нахмурившись, Блэк шагнул вперёд, проследовав за Ковбоем и двигаясь так же бесшумно, как другой мужчина.

Добравшись до каменистой стены возле проёма, он позволил Ковбою отойти. Затем, двигаясь так же осторожно, как Ковбой, он заглянул через тот же проем в стене, сканируя пространство взглядом, и скорее всего, своим светом.

Затем он обернулся на меня.

Я едва успела осмыслить выражение его лица перед тем, как он скрылся в этом проёме.

Мы с Мэнни переглянулись. Затем мы одновременно шагнули вперёд, полу-трусцой преодолевая расстояние до двери в каменистой стене.

Я прошла через проем в камне, и моё сердце гулко стучало в груди.

Как только я полностью вошла в следующую пещеру, я остановилась как вкопанная.

Свет заполнял помещение за тем проёмом.

Прежде, со всеми нашими фонариками, наведёнными на этот коридор, сначала в поисках вампиров, потом наблюдая за Красным, я не осознавала, что прилегающая пещера имела собственное освещение. Теперь, когда я зашла за изгиб каменной породы возле проёма, меня поприветствовало кольцо факелов, закреплённых в металлических держателях, которые крепились к каменным стенам.

Пламя мерцало на лёгком ветерке, должно быть, опускавшемся через ещё один спуск с этими уступами в камне.

Стена прямо перед нами была покрыта мозаикой из разноцветных камней.

Эта мозаика, казалось, и служила причиной для факелов.

Она не походила на пещерные рисунки или любые схематичные рисунки, которые я видела в национальном монументе Бандельер или Меса-Верде или на любые другие древние рисунки в пещерах, будь то Северная Америка, Европа или Ближний Восток.

Вместо этого мозаика была гипер-реалистичной, даже более реалистичной, чем некоторые изображения на камне, которые я видела на стенах руин в Древнем Египте и Геркулануме, и она занимала почти всю стену.

Факелы, казалось, были стратегически расположены так, чтобы давать ей лучшее освещение.

Уставившись на неё, я внезапно поймала себя на том, что понимаю.

Я осознала, что понимаю, почему Волк ждал Блэка.

Сделав шаг вперёд, я прикусила губу, подавляя реакцию в груди, пока я смотрела на персонажа, изображённого на стене из вулканического камня. Какая-то часть меня пыталась соотнести этот образ с явным возрастом самой мозаики.

Я пыталась убедить себя, что это фальшивка - что люди Волка поместили её сюда в качестве своеобразного розыгрыша, возможности подурить нам головы.