– Значит, она приедет?
– спросил Мэнни, поднося свою все ещё полную бутылку пива к губам.

Он проницательно наблюдал за Блэком, тёмные глаза смотрели откровенно пытливо, следя за Блэком, пока тот занёс пустую пивную бутылку на маленькую старомодную кухоньку Мэнни и стал шариться, пока не нашёл мусорную корзину за тканевой шторкой под раковиной.

Секунды спустя он вышел с кухни, держа в одной руке новую бутылку пива, которую он захватил из холодильника.

Мэнни нахмурился, всматриваясь в его лицо.

– Ты выглядишь больным, брат. Ты в порядке?
– он помедлил.
– Та тварь тебя не укусила, нет?

Блэк вернулся на то же кресло возле глиняного камина, где он сидел прежде. Плюхнувшись в кресло, он вздрогнул от боли, которая все ещё кружила в его свете, и постарался не замечать, как Мэнни за ним наблюдает. Все ещё стараясь взять под контроль боль и свой свет, Блэк взглянул на свои руки, которые покрылись синяками там, где их стискивал вампир.

– Никаких укусов, - сказал он наконец.
– Однако я так и не получил свой душ.

– Без проблем. У меня есть и одежда, которая может тебе подойти. Может, - добавил он с улыбкой.
– Я заметил, что за все эти годы ты не потерял вес, - он поднял свои похудевшие руки.
– В отличие от некоторых из нас.

Блэк пожал плечами, делая более маленький глоток, чем тогда, на крыльце, и перевёл взгляд обратно к огню. Он не помнил, когда в последний раз так сильно уставал. Он потирал глаза, когда Мэнни снова заговорил.

– Тебе стоит поговорить об этом, Блэк, - посоветовал он.
– В этом и хороши старики.

Блэк взглянул на своего друга, невольно фыркнув.

– Старейшая история в мире, Мануэлито, - сказал он, устраиваясь поудобнее и снова приложившись к бутылке. Он ненадолго прикрыл глаза, затем снова хмуро уставился на пламя.
– Я дерьмовый муж.

– Ты ей изменил?

Последовало молчание.

Затем Блэк повернулся, наградив Мэнни жёстким взглядом.

– Прошу прощения?

Мэнни невозмутимо выдержал его взгляд, его глаза вновь наблюдали за ним с той же пытливостью.

– Без обиды сказано, брат. Насколько я припоминаю, ты был весьма неразборчивым в своих аппетитах во времена нашей суматошной жизни.

– Бл*дь, я тогда не был женат,– перебил Блэк, уставившись на другого мужчину. Его тон граничил с враждебным, он вновь подавлял боль в своём свете.
– Ты никогда не видел меня в отношениях, Мэнни... ни в каких отношениях. Не предполагай, будто ты знаешь, как я веду себя в такой ситуации.

Мэнни фыркнул, откидываясь на сиденье.

– Верно, - согласился он.
– Но ты сам-то знаешь, какой ты в отношениях, Блэк?

Когда Блэк повернулся, наградив его раздражённым недоверчивым взглядом, Мэнни улыбнулся, хоть резкость так и не ушла из его темных глаз. Наклонившись вперёд и поставив локти на бедра, он продолжал открыто всматриваться в лицо Блэка.

– В скольких отношениях ты был, Блэк? До этих?

Блэк нахмурился.

– До этих? А что?

– В скольких?

Блэк выдохнул, откидываясь глубже в кресле из коровьей кожи. Хмуро уставившись в потолок, он медленно покачал головой.

– Почему ты задаёшь мне вопросы, на которые уже знаешь ответы, брат?

– Ты меня читаешь, брат?

– Не намеренно, - Блэк опустил взгляд, чтобы хмуро взглянуть на мужчину.
– Но да.

– То есть это твои первые отношения? Самые первые?

Блэк бросил очередной сердитый взгляд в его сторону.

– Господи Иисусе, Мэнни. Хватит уже, ладно? Что у тебя за помешательство на моем браке?

– Это так? Это твои первые отношения, Блэк?

– Дай определение отношениям. Тогда я тебе скажу, - когда другой мужчина открыто усмехнулся, Блэк глотнул ещё пива, мрачно добавив:

– Нет, передумал, не надо мне бл*дского определения. И нет... я не скажу тебе, потому что это не твоё дело, Мануэлито. О, и между прочим? Отъе*ись.

Когда другой мужчина лишь расхохотался, Блэк постарался сохранить своё чувство юмора, но по большей части провалился. Не помогало и то, что боль в его свете только ухудшилась после того, как он поговорил по телефону с Мири. Он машинально потёр грудь, все ещё с гримасой глядя на огонь.

– Серьёзно, - Мэнни нахмурился.
– Что с тобой не так? Ты сам не свой. В участке ты выглядел нормально. Ты выглядел нормально, пока не поговорил со своей женой.