– Я буду отрицать, если ты скажешь ей, что я так сказал... но да. Они с Ковбоем встретят тебя в аэропорту. Я уже сообщил ей номер твоего рейса и время прибытия, - последовала пауза, во время которой он, скорее всего, сверялся с наручными часами.
– К слову говоря. Разве у тебя не скоро посадка?

Я взглянула на Чарльза.

Поймав мой взгляд, он постучал по своим наручным часам, кивком головы показывая мне следовать за ним к выходу на посадку. Он стоял прямо возле одной из движущихся дорожек, явно пытаясь дать мне немного уединения, пока я не закончу говорить по телефону.

– Да, - я вздохнула, кивая Чарльзу и поправляя сумку на плече. Телефон я прижала ухом перед тем, как схватить свою ручную кладь и потащить в его сторону.
– Мы сейчас туда направляемся.

– Мы?

– Чарльз преодолеет первый отрезок пути со мной. До Сан-Франциско. Там он пересядет на чартерный рейс до Нью-Йорка. Потом в Европу.

– А. Понятно, - Ник помедлил, затем его голос зазвучал серьёзно.
– Не беспокойся, Мири. Серьёзно. У меня такое чувство, что Блэк будет идеальным паинькой, - подавив смешок, как будто обдумав собственные слова, он добавил: - Честно? Подозреваю, что он к тебе и не приблизится. Пока ты прямым текстом не скажешь ему, что разрешаешь... или пока он не перепьёт и не утратит контроль.

Я фыркнула, закатывая глаза.

В моем фырканье звучало куда меньше юмора.

Поймав любопытный взгляд от моего дяди, я постаралась игнорировать интерес в его глазах.

Судя по выражению его лица, Чарльз Андрей Васильев - как гласил его русский паспорт, так же известный как «Счастливчик Люцифер», как его знали в большинстве кругов разведки, а также в многочисленных синдикатах организованной преступности на нескольких континентах - явно уловил хотя бы часть того, о чем говорили мы с Ником.

Будучи видящим, и отлично натренированным, дядя Чарльз улавливал многое, как я поняла. За последние несколько недель, что я провела с ним на Гавайях, изучая работу видящих и различные формы экстрасенсорных сражений, я все больше замечала, как много всего улавливал дядя Чарльз, и как часто он не выдавал всего, что ему известно.

Игнорируя вопрос в его зелёных как листва глазах, я сосредоточилась обратно на голосе Ника, звучавшем в трубке.

– Серьёзно, Мири, - сказал Ник.
– Не беспокойся. Его не будет в аэропорте. Его не будет в том чокнутом роскошном отеле или курорте, или что он там купил в центре Санта-Фе. Ковбой сказал, что Блэк уже звонил и сказал им послать кого-нибудь, чтобы завтра забрать арендованный им джип из пустыни. Согласно Ковбою, Блэк ничего не сказал о том, что он сам собирается возвращаться в Санта-Фе.

Помедлив, Ник добавил:

– Я правда думаю, что Блэк оставит тебя в покое. Я также думаю, что тебе стоит поговорить с ним, как я и сказал... но если ты беспокоишься из-за немедленной встречи с ним, не стоит. Подозреваю, он будет прятаться в той резервации навахо, пока ты не скажешь ему обратное.

Стиснув зубы, я кивнула, но подавила очередной прилив боли и злости в груди.

Потягивая мокко, который все ещё заставлял меня морщиться, вероятно, из-за воспоминаний о моем последнем мокко в Сан-Франциско, я заставила себя дышать и подумать о словах Ника.

Сделав это, я ещё сильнее стиснула зубы.

– Надеюсь, что так, - сказала я, наградив дядю мрачным взглядом, когда заметила, что он опять за мной наблюдает.
– Чтобы Блэк пережил следующие несколько дней, я искренне надеюсь на это, Наоко.

– Она уже там?
– спросил он.
– Её самолёт приземлился?

– Нет, - сказала Энджел, вздыхая.
– И да. Её самолёт приземлился, Блэк. Успокойся. Мы ждём у зоны выдачи багажа. Полагаю, сейчас она сходит с борта самолёта вместе с остальными пассажирами.

– Однако она должна быть одной из первых, верно?
– хмурость в его голосе зазвучала более явно.
– Иисусе, она же не поехала на автобусе для пассажиров, нет?

Энджел фыркнула.

– Ты так говоришь, будто это равносильно тому, что она прошлась по тёмным переулкам в неглиже, Блэк.

– Разве нет?
– парировал он.

Энджел закатила глаза, все ещё сканируя лица людей, появлявшихся из-за стеклянных дверей зоны прибытия.

– Уверена, если она поехала на автобусе, то прекрасно пережила ужасы пребывания в обществе обычных граждан, Квентин, - сказала она.
– Большинство из нас прекрасно справляются с тем, чтобы вести себя как нормальные, бл*дь, люди, знаешь ли...

Её глаза вспыхнули при виде знакомого лица, и она расплылась в широкой улыбке.

– Упс! Мне пора! Она здесь!

– Подожди. Как она выглядит? Она нормально выглядит? Она...

Энджел уже нажала на кнопку завершения вызова.

Полностью заблокировав экран, она мельком закатила глаза, взглянув на Ковбоя, который усмехнулся, пока она убирала телефон в сумочку. Затем широко улыбаясь во все тридцать два, она широкими шагами направилась к женщине в темно-зелёной блузе, черных джинсах и черных ботинках, которая сжимала в одной руке сумку с ручной кладью, всматриваясь в толпу и слегка хмурясь, пока сканировала лица.