– Органические машины, - сказал он.
– Машины с органическим, живым компонентом. Формально на Старой Земле было запрещено их коммерческое использование, а значит, чёрный рынок срубал на них огромный куш... и на органических частях, которые требовались для их изготовления.

Его выражение сделалось открыто мрачным, когда он обернулся на Чарльза.

– Есть весомые бл*дские причины беспокоиться, что он может налаживать их производство здесь, - добавил Блэк.
– И не только из-за того, какими путями они могут взращивать органический материал. Это не тот вид технологий, который ты хочешь видеть в распоряжении больших компаний, Мири... хотя, думаю, они неизбежно проложат к ней дорогу в той или иной форме.

Я нахмурилась, посмотрев вслед за ним на Чарльза.

Я уставилась на укороченную винтовку, на отблеск зеркального, темно-зелёного металла, который покрывал приклад и большую часть ствола.

Теперь я видела, о чем говорил Блэк.

Я видела слабое свечение живого света, особенно вокруг спускового механизма и прицела. Чем больше я использовала своё зрение видящей, тем ярче становилось это свечение.

Я подумала об ошейнике, который надели Блэку на шее в той луизианской тюрьме - том ошейнике, который лишил его экстрасенсорного зрения и сделал практически беспомощным, поскольку охранники могли использовать сенсоры боли в ошейнике, чтобы вырубить его. Я сама сняла с него этот ошейник в лимузине, использовав свой отпечаток пальца на сканере, когда мы забрали Блэка.

Тогда Блэк тоже что-то сказал про органические машины.

– Да, - отозвался он, не углубляясь в детали.

– То есть дядя Чарльз мог дать им это, - сказала я.
– Он мог дать тот ошейник вампирам. Брику. Или продать его им.

Блэк наградил меня мрачным взглядом.

Всмотревшись в его глаза, я осознала, что он более-менее знал это с самого начала.

Я также осознала, что дядя Чарльз понимал, что Блэк об этом узнает - и это могло отчасти служить причиной, по которой Чарльз видел в нем угрозу.

С другой стороны, Блэк ясно давал понять, что его не устраивают цели дяди Чарльза - практически с первой их встречи во Вьетнаме. Блэк в каком-то смысле затеял одиночную миссию, пытаясь подорвать как можно больше целей дяди Чарльза. Единственная причина, по которой он остановился - это я.

Это я знала.

Я знала, что перемирие между ними всегда будет ненадёжным, с тех самых пор, как узнала истинную личность «Счастливчика Люцифера».

И все же казалось, что в последнее время они поладили, в основном в связи с общими целями против вампирской угрозы и с обоюдным интересом как можно сильнее минимизировать эту угрозу. Я знала, что Блэк, как и Чарльз, видел в вампирах более серьёзную опасность.

Может, все это тоже не было случайностью.

Может, Чарльз нарочно затащил Блэка в гущу всей этой истории с Бриком и вампирами.

Чарльз, скорее всего, знал Блэка достаточно хорошо, чтобы прекрасно понимать, как именно Блэк отреагирует на то, что он перенёс в луизианской тюрьме. Может, все это - лишь одна вербовочная операция, где Чарльз использовал вампиров, чтобы завербовать Блэка или хотя бы настроить его менее враждебно по отношению к своим целям.

Эта мысль вызвала у меня лёгкую тошноту.

Если Блэк и почувствовал какие-то мои мысли на эту тему, он ничего не сказал.

Я смотрела, как его глаза сканируют сборище видящих в пустынном камуфляже и броне. Я подумала о том, что Чарльз приехал сюда лично, чтобы разобраться с этой дверью. Я подумала о словах Мэнни - что полковник одобрил приезд Чарльза вместо любого официального присутствия армии Соединённых Штатов.

Все эти связи и отношения начинали нервировать меня.

Я пока не могла вычленить связную картину всего этого, но я все сильнее беспокоилась за Блэка и за проступавшую за этим перспективу. Я буквально чувствовала, как на груди Блэка вырисовывается мишень... Я просто пока не до конца уверена, что это означало, и кто рисовал эту мишень.

Эта мысль заставила меня крепче стиснуть Блэка.

Низкий голос Блэка вытащил меня из моих мыслей.

– Как думаешь, чего он на самом деле хочет?
– спросил он.

Он говорил едва слышно, голос его звучал тихо.

– ... от меня, - пояснил он, покосившись, и его золотые глаза поймали отсвет солнца, когда он встретился со мной взглядом.
– Я знаю, чего он хочет от тебя.

Я посмотрела на него в ответ.

Выдохнув и посмотрев на Чарльза, я ощутила, как беспокойство в моем нутре усиливается, а в моем голосе начинает звучать открытое раздражение.

– Откуда ты вообще можешь знать, чего он хочет от меня? Даже я этого не знаю, Блэк.

Блэк лишь пожал плечами, глядя в сторону группы из видящих и людей.

Наблюдая, как он ведёт своеобразный пересчёт их группы, я нахмурилась.

– Блэк?
– позвала я.
– Чего он хочет от меня?

Тихо щёлкнув языком, Блэк крепче сжал мою талию, плотнее прижимая меня к своему боку, но не отворачиваясь от команды моего дяди.

– Он хочет обратить тебя, Мири, - просто сказал он.
– Он хочет иметь тебя рядом с собой, как правую руку, вторую после него. Он хочет взрастить тебя, чтобы ты помогала ему нести то, что он считает своей священной работой.