— Итак, дорогие некроманты, напомню, что тема нашего сегодняшнего занятия — спасение мирного населения от упырей. В замкнутом пространстве, как вы видите, — еще один внимательный взгляд на нас, и дополнение. — Так как мирное население наконец-то соизволило прибыть, то мы можем приступать. Как вы помните, главная задача в том, чтобы мертвецы были уничтожены до того, как успеют повредить ведьмочек.

— А если они не сильно? Так, цапнут пару раз! — кровожадно осведомилась какая-то девушка, прищурив подведенные темным глаза. — В конце-концов нужно ведь придерживаться жизненных реалий! Когда это мирное население выбиралось из склепов с ожившими покойниками в полной комплектации, предоставленной природой?

— Я готовлю некромантов высшей категории. Вы должны быть идеальны, — сухо ответил Хорор. — Ни единой царапины на ведьмочках чтобы не было! Вас тут десять, высший балл это пять, стало быть в сумме, если вся группа сдаст на “отлично”, то будет пятьдесят баллов. За каждую царапину на девочках я вычту по одному баллу, а если будут укусы, то по три за каждый. Всем все ясно?

Мы с Радой посмотрели в полные ненависти глаза студентов и поняли, что нам в любом случае не жить. Если не загрызут упыри на отработке, то угробят дорогие товарищи по обучению после нее.

Именно в этот момент раздался тихий, но отчетливо слышный в тишине склепа злорадный голос.

— Слушай, Эльми, а это не та ведьмочка, которая твоего Кайра приворожила? Он еще под окна к ней каждый вечер таскается и думает, что никто не зна…

Не успев закончить фразу, невысокий некрос захрипел, схватившись за горло, а из мрака, окутывающего стены, выступила высокая фигура и насмешливо проговорила:

— Рендал, я ведь уже делал замечание на счет твоего длинного языка, не так ли? В следующий раз ты можешь и вовсе его лишиться.

Студенты зароптали, тихо переговариваясь, а та самая девушка- Эльми, которая и спрашивала на счет допустимости повреждений, с болью смотрела на Кайра, стиснув кулачки так, что пальцы побелели.

А я… мне с одной стороны было жалко ее, а с другой так же жалко Раду. Да, это больно, когда твой мужчина вдруг отворачивается от тебя и с желанием смотрит на другую, но с другой стороны, а в чем моя подруга виновата?! Это не было ее инициативой! Кайр отрабатывал свою повинность, так же как и мы сейчас.

В реальность нас вернул громкий голос профессора Даэ:

— Что за цирк вы устроили? Прекратить бардак! Рендал — минус полбалла за болтовню не по теме, Кайр — минус полбалла за применение силы к товарищу. Ваши враги — мертвецы, а не живые!

— Прошу прощения, профессор, — чуть склонил голову некрос, который за все время даже не посмотрел в сторону Рады.

— А как же “более не повторится”? — иронизировал Хорор.

— Вы не любите откровенную ложь, — Кайр усмехнулся, смело глядя в глаза преподавателю, а тот несколько секунд сверлил его тяжёлым взглядом, а после захохотал-закаркал.

— Ну что ж, хорошо, — он резко повернулся к нам, развел руки в стороны и резко свёл обратно. Силовая волна от хлопка ладоней и заклятия прокатилась по просторному склепу, и взметнула мои волосы. Почти сразу под плитой саркофага что-то завозилось и заскреблось. Я вскрикнула и отпрянула от нее, а главный некромант прислонился плечом к какой-то статуе и скучающим голосом начал комментировать действие.

— Итак, дорогие ученики, мы можем наблюдать, как двое беспечных обывателей оказались в склепе, подверженном самопроизвольному восстанию.

— А что двое обывателей делали в склепе ночью? — насмешливо фыркнул Кайр. — Насколько я помню, самопроизвольные восстания в восьмидесяти процентов случаях происходят именно в темное время суток, притом в местах издревле овеянных дурной славой.

— Историю о том, как две идиотки оказались в таком склепе, мы опустим, — немного подумав, ответил профессор Даэ. — А сейчас слушаем сказочку дальше. Итак, злобные упыри скидывают крышки своих гробов и медленно вылезают. Несчастные и беззащитные девы, дрожат и жмутся друг к другу, вознося молитву Всевышнему богу.

Мы с Радой не молились. Лично я пятилась к стене и лихорадочно вспоминала о том, что у меня есть в привычном мешочке на поясе. Дым-трава на них не подействует, а разрыв-стебли у нас недавно отобрали потому что опасные. Разве что полынь, но она у меня не освященная, так что скорее разозлит, чем отпугнет мертвяков.

А из каменного ящика к потолку резко вскинулась серая, покрытая трупными пятнами рука. Скрюченные пальцы нащупали борт, и мертвец медленно сел. Он водил головой, шумно принюхиваясь, и с тихим рычанием, рождающимся в глубине полуразложившихся голосовых связок, безошибочно уставился на меня.