Шрифт:
Его слова и его эрекция, прижимающаяся к ее спине, заставили ее весь день изнывать от потребности.
Вечер пятницы. Ужасная идея - пить в одиночку.
Она взяла бутылку и отправилась в угловую комнату.
Почему бы не выпить со всеми?
Глава 29
Элеонор
Хлорка. Она чувствовала запах хлорки. Вот что это. Элеонор сморщила нос от едкого запаха и попыталась открыть глаза. Почему хлорка? И...дезинфицирующее средство?
– Элеонор? Ты проснулась?
– Нет, - ответила она.
– Элеонор, я Лиза. Ты можешь открыть для меня глаза?
– Нет. Но я могу открыть их для себя.
Она открыла глаза. Повсюду яркий свет. Яркий свет, белая плитка, белые простыни и белые халаты. Она сразу же их закрыла.
– Ты знаешь, где ты? – спросила женщина, Лиза.
– В аду?
– Элеонор, ты в больнице. Твой друг думал у тебя алкогольное отравление.
– Правда?
– Да.
– Недотепа.
В какой-то момент прошлой ночью она решила не пить в одиночестве, а выпить со всеми остальными. Выпивка была ее первой ошибкой. Компания, которую она выбрала - второй.
Элеонор попыталась сесть, но Лиза остановила ее, аккуратно положив руку на плечо.
– У тебя капельница с физ. раствором в руке. У тебя обезвоживание. Старайся не двигаться.
– Вы врач?
– Нет, не врач. Я из центра помощи жертвам насилия. Меня вызвали сюда.
– Почему?
– Девушка, позвонившая в 911, сказала, что нашла тебя под парнем.
– Я убью Кэти.
– Кэти?
– Моя соседка-первокурсница. Изучает феминистское движение. Это она позвонила?
– Думаю, да.
– Мы с Шоном обжимались. Она бурно отреагировала. Ее обучали бурно реагировать.
– Кто такой Шон?
– Шон, тот пьяный парень. Я притянула его на себя, потому что мы оба были пьяны и хотели потрахаться. Я заснула на середине действия. Судя по тому, насколько он был пьян, он даже не заметил. Кажется, меня стошнило на него.
– Элеонор, многие жертвы проходят стадию отрицания...
– Боже мой.
– Элеонор понизила голос, когда ее собственные слова вызвали вибрацию мозга в черепе.
– У меня похмелье. Я очень устала. Я обезвожена, и мне нужен десятичасовой душ. И прошлой ночью я вела себя, как дура. Но не сейчас, и я не была жертвой чего-либо или кого-либо, кроме как своих неверных решений, ясно? А теперь, я уверена, кого-то в этом городе точно изнасиловали. Как насчет того, чтобы помочь ей?
– Элеонор, - произнесла Лиза раздражающе успокаивающим голосом.
– Пожалуйста, позволь мне помочь.
– Вы можете помочь. Я дам вам номер телефона. Вам нужно позвонить по нему.
– Элеонор, это я могу. Мне позвонить твоей маме?
– На звонок ответит женщина по имени Сэм. Попросите Кингсли. Скажите ему в какой я больнице. Скажите, что меня привели сюда глупости по пьяни, и, ради всего святого, скажите ему, чтобы он приехал и забрал меня.
Элеонор закрыла глаза и снова заснула. Когда она проснулась в очередной раз, она более четко воспринимала действительность. Она повернула голову и увидела женщину, около сорока лет, сидящую в кресле рядом и делающую пометки в какой-то форме.
– Вы Лиза или мне это приснилось?
– Я Лиза. Тебе что-нибудь нужно?
– Вы позвонили по тому номеру?
– Да.
– Хорошо.
– Элеонор, ты хочешь поговорить о том, что с тобой случилось?
– Я напилась до зеленых соплей и отрубилась. Проснулась поблевать.
– Ты согласна на осмотр на изнасилование?
– Должно быть, я говорю на непонятном языке. Нет, значит, нет, понимаете? Нет, меня не изнасиловали. Но проводите тест, если это, наконец, вас заткнет.
Видимо не этого ответа Лиза хотела или ожидала. Тем не менее несколько минут спустя в ее палату вошли две медсестры и женщина доктор. Осмотр завершился через пару минут. Ее никогда не осматривали до этого, но она знала, что он из себя представлял. Расширитель боли не причинил, хотя в животе были странные ощущения. Через десять минут она снова была одета.
– Они сделают несколько анализов, но никаких следов травмы они не заметили. На самом деле, твоя плева...
– Цела и невредима. Как и мой мозг.
– И все же есть вероятность... Мы дождемся результатов анализов.
– Могу я теперь уйти?
– Ее голова раскалывалась, ее тело болело, ее сердце болело.
– Я принесу документы для выписки. Тебя кое-кто ждет.
– Это суперсексуальный француз в ботфортах?
– Эм, нет. Это священник. Но если ты не хочешь...
– Впустите его. Прямо сейчас. Пожалуйста. И вы можете идти.
– Конечно.
– Лиза одарила ее добрым, сочувствующим взглядом, который Элеонор хотела смыть с ее лица.