Последний раз Полли и Сьюзен виделись в шестилетнем возрасте, с тех пор лишь переписывались, но письма всегда их были так теплы и сердечны, что встретившись сейчас, они не испытывали никаких стеснений, будто расстались полгода назад, когда Полли получила от подруги последнее письмо. Сьюзен была такая же, как и в письмах, живая, неугомонная, казалось, она занимает собой все пространство. А Полли – простая, но язвительная натура, и в личном общении предстала перед подругой без всякой лжи и чуждого ей жеманства. Поэтому они встретились просто и продолжили будто прерванный разговор.

– Значит, ты замужем за министерским работником, – резюмировала многословие подруги Полли.

Она предложила выпить чаю и Сьюзен с удовольствием согласилась, ответив, что позавтракать-то она как раз и не успела, так как вместо того, чтобы идти завтракать, она принимала шляпницу и выбирала шляпки. Сьюзен сняла с головы огромную круглую шляпу, с которой небрежно спадали по краям перышки и кружевные ленточки.

– Шляпка и правда превосходна, – сказала с улыбкой Полли, – и стоит всех завтраков.

Вкушая рассыпчатый кекс с изюмом и цукатами, Сьюзен продолжала рассказывать о себе:

– Я вышла замуж только что, всего два месяца назад, за герцога Гарри Брукса. Ему тридцать восемь лет и работает он в кабинете министров.

– Я помню, ты упоминала в последнем письме о нем, и притом не очень лестно, – с удивлением припомнила Полли.

– Да, я помню, что сказала о нем, что он ужасно богатый, скучный и все время молчит, – с легкой неловкостью сказала Сьюзен. – Но оказалось, что он просто серьезный, и у нас разные темы для разговора. Зато, – она сделала паузу, – он часто дает балы, и все ради меня. Поэтому теперь каждый вечер или я кого-нибудь принимаю, или сама куда-нибудь выезжаю!

– Без него? – удивилась Полли.

– Ну, он так занят, – вздохнула Сьюзен, она посмотрела в тарелку, с которой уже исчез порядочный кусок кекса, – и потом его сестра с мужем все время составляют мне компанию. Но это все так скучно и прозаично, лучше расскажи что-нибудь об этой таинственной и волшебной Индии. В письмах ты почти о ней ничего не упоминала. Хотя наверняка ты там встречала махараджей, факиров, заклинателей змей. Сплошные развлечения!

– Вот уж где было скучно, – в свою очередь вздохнула Полли, – четыре месяца дождей и все время одни и те же лица. Местное светское общество в основном жены офицеров, которые, в свою очередь, говорят лишь о войне или так же маются от безделья, играя в карты или избавляясь от очередной тропической лихорадки. Но кажется, я об этом уже упоминала в письмах.

– Нет, в письмах ты никогда не затрагиваешь грустные темы. Но если в Индии было так плохо, тогда почему ты сразу не приехала после того, как похоронили отца? – Сьюзен с неподдельным сочувствием глядела на неё.

– Как ты знаешь, мне пришлось еще два года провести в доме четы Грепфрейтов. Все дело было в… – Полли замялась. Ужасно говорить о деньгах, но еще ужасней говорить об этом с богатой подругой.

– В деньгах! – хлопнула по столу Сьюзен, – но почему ты не обмолвилась об этом мне в письме?

– Дядя все-таки прислал мне деньги на билет.

Сьюзен всерьез задумалась, даже складки залегли между бровями. В итоге спустя пару минут Сьюзен встрепенулась:

– Постой, ты же мне писала про Уолтера Фицроя, этого красавчика капитана. Кажется, дело шло к помолвке.

Полли догадалась, о чем думала Сьюзен, и почему спросила про Уолтера, скорей всего мысли Сьюзен стали вертеться вокруг удачного замужества.

– Кажется, поэтому я поспешила приехать в Лондон, – ответила Полли. – Я просто сбежала от ответа.

– Но значит, предложение было сделано? – с легким восторгом прошептала Сьюзен.

На это Полли могла лишь кивнуть. Видимо, восприняв молчание подруги за нежелание развивать тему, Сьюзен сказала:

– Вообще-то я собиралась тебя лично пригласить на завтрашний вечер, который мы с Гарри устраиваем. И со всей учтивостью приглашаю. И чтобы ты не скучала, я познакомлю тебя с умными и обаятельными лондонцами!

– Я понимаю, чего ты хочешь, – сказала Полли, – но прошу, не надо заниматься мной.

– Да, с меня плохая интриганка, – вздохнула Сьюзен, – ладно, признаюсь, я подумала, что тебе необходимо удачное замужество.

Подруга сияла от своей блестящей идеи, но Полли её таковой не находила.

– Вот уж нет, – она сложила руки на груди, показывая этим свою решимость, – уж лучше я пойду работать, чем выйду замуж без любви!

– Чувства – это всего лишь воображение, а воображения в тебе всегда было предостаточно, – хитро улыбнулась Сьюзен. – Но не буду тебе мешать, готовься к балу, – и она, подмигнув, одела свою шляпку, – тем более мне надо еще зайти в цветочную лавку, это недалеко отсюда.