— Я понял, — лицо Табаса помрачнело. Он без лишних разговоров побежал к лагерю.

— Предки! Какого тут делает импа? — Авел зубами вытащил пробку из горлышка бурдюка, — Они же из гнёзд не выползают.

— Что за импа? — Хасаму не доводилось слышать о подобном.

— Молодая императрица гигантов, — Нагалла срезала кусок ткани с одежды кочевника. — Взрослые не покидают гнёзд, могут контролировать пол потомства. Но иногда импы рождаются раньше положенного срока, а самки не терпят конкуренции... — при касании острия ножа к волдырю, она сразу приложила ткань. Из уст Давэ-Ту донёсся тихий стон. — Тихо, всё хорошо. Потерпи немного.

— Замечательно, — Авел тяжко выдохнул после быстро выпитого. — По пустыне бегает молодая импа. Только этого нам не хватало, — если бы он раньше догадался, то собственноручно бы прикончил кочевника и постарался бы доложить без лишнего шума. Но последний раз импа покидала гнездо около сотни лет назад, и произошедшее уже успело обрасти слухами, а детали забыться. Что правда, а что вымысел, поди разберись. И кочевники не спешили делиться информацией.

— Самка настолько опасна? — Хасам пил не спеша, стараясь избежать тяжести в животе.

— Очень, — при всей аккуратности действий ей не удалось избежать попадания жидкости на пальцы, из-за чего те покраснели. — Умна и хитра. На теле имеются железы, распыляющие облака яда, с помощью которого гиганты могут выследить беглеца. Но самое страшное, боевая эффективность стаи возрастает, гиганты начинают действовать слаженно.

Через несколько часов Нагалла наконец закончила с ранами. Её покрасневшие руки уже ничего не могли держать, при любом лёгком касании ощущалась острая боль. Всё, что оставалось, отнести безостановочно стонущего кочевника в лагерь и надеяться, что в ранах не начнётся заражение.

Тем временем в лагере полным ходом шла подготовка к нападению. Никто не знал, чего ожидать при столкновении с импой. Никто не сидел без дела. Большинство наёмников копали ямы между телегами и размещали в них железные колья. Другие во внешнем периметре устанавливали все имеющиеся капканы. В узких промежутках между телегами Яруш с несколькими людьми занимался возведением преграды — через небольшие внешние петли между собой соединяли щиты и вместе с подпорками немного закапывали в песок. Хоть стена и выглядела не слишком надёжной, но лучше, чем ничего. Правда большинство бойцов остались без щитов.

К вечеру Нагалле удалось привести кочевника в сознание, и опасения Яруша оправдались. Отряд песчаников был уничтожен. Гиганты, около трёх десятков, напали неожиданно, почти одновременно убили часовых, после чего импа ворвалась в лагерь и ближе к плотному скоплению людей распылила свой яд, посеяв тем самым панику. Предупредительные растяжки не сработали, гиганты появились из ниоткуда. Они каким-то образом смогли избежать ловушек.

— Что думаете? — Яруш шёпотом поинтересовался у рядом сидящих. Каждый человек был одет в длинную серую накидку поверх доспеха, лицо скрывал широкий капюшон, обмотанный лентой, оставалась лишь мелкая прорезь для глаз.

Все наёмники устроились внутри наспех сооружённого укрепления, старались лишний раз не болтать, большинство отдыхали с закрытыми глазами в обнимку с оружием в ожидании тревоги. В четырёх местах стояли небольшие бочки, наполненные мочой. По внешнему периметру вокруг лагеря светили масляные лампы, рядом с некоторыми в роли приманки отдыхали лошади.

— Под песком проползли, — опытному Нэгу не составило труда свести всё воедино. — По-другому никак. Я хорошо знаю лидера песчаников, он не первый раз участвовал в охоте.

— Давэ-Ту сказал, что ему удалось уйти на лошади, — Нагалла сидела, скрестив ноги, и старалась избегать любых касаний кистями, — пока та не выдохлась. Потом он двинулся пешком. Возможно, если гиганты двинулись по следу, что вероятнее всего, то они нападут ближе к утру или следующей ночью, а то и на третью.

— Паршивенькая ситуация, — Яруш уставился на песок, погрузившись размышления. — С таким хвостом нам не уйти так просто, но и с припасами у нас не всё гладко. Нэг, что у нас с водой?

— Можно растянуть на четыре дня. Если этой ночью гиганты не нападут, то предлагаю с утра выдвинуться к границе напрямик.

Пока глава с советником продумывал будущие планы, Хасам наблюдал за периметром. Он стоял на повозке, опёршись рукой на высокий борт. Напряжённая атмосфера на него никак не влияла, наоборот, что-то внутри него взывало к битве. Жажда сражений, наслаждение и упоение битвой — дурманы, о которых он никому никогда не рассказывал.

Всё это началось в детстве. Да и с самим его рождением много странностей. Когда мать ещё вынашивала ребёнка, никто не верил в удачный исход родов. Местный лекарь сомневался в благоприятном исходе родов, прогнозировал возможную смерть и матери, и малыша. Выпади последние несколько месяцев беременности на зимний период, то так оно и случилось бы. Хасам родился в начале осени — крепенький малыш с необычными глазами, по весу превзошёл всех новорождённых, хоть и размерами не отличался. А вот мать походила на скелет.