— Хорошо, — Рою нужны новости. — Пригласи.

Девушка покинула комнату. Из коридора послышались тяжёлые шаги, сопровождаемые звяканьем металла. В дверь постучали и вошёл высокий мужчина с широкими плечами, одетый в кольчужную кирасу, вычищенную до блеска. Гладко выбритое лицо, орлиный нос и узкие глаза.

— Добрый день. Меня зовут Галс Виштер. Меня прислали из управления. Тебя не затруднит ответить на мои вопросы? — Галс подвинул стул к кровати и сел.

— Нет. Скажите, никого не посылали на помощь моему брату? — Рой должен узнать о Майли, если животные не проникли внутрь, то брат там один, прижатый повозкой. О других вариантах он и помыслить не мог.

— Мы послали отряд в деревню, но пока они не вернулись. Возможно, вам нужно приготовиться к худшему. Сегодня вернулся наш следопыт и рассказал об очень высокой активности кирак в низине. Если эти животные найдут твоего брата... — Галс вовремя осёкся. — Но мы должны надеяться на лучшее, — Рой сильно сжимал одеяло. — И так, давай приступим. Чем больше я узнаю, тем лучше.

Множество вопросов сыпалось из уст инспектора, опрос затрагивал большой период времени. Он спрашивал про слухи, охотников, об активности животных в лесу и приезжих. Рой рассказывал всё, что знал, стараясь не упускать ни одной малейшей детали.

— На этом достаточно. Всё совпадает. Отдыхайте юноша. Если будут новости, тебе сообщат, — Галс встал и направился к дверям.

Спустя некоторое время после ухода инспектора, в комнату, опираясь на трость, зашла женщина. Рой посмотрел на неё, и тело задрожало, из глаз потекли слёзы. Он захотел встать, но вновь почувствовал только боль и сопротивление деревянных фиксаторов:

— Мам, Майли. Он.

— Я знаю, мне сообщили, — по лицу Лилы потекли слёзы. Она села рядом сыном, взяла его ладонь и нежно погладила по щеке.

— Мам, прости! Я бесполезен! — Рой сжал ладошку матери. — Я оставил младшего брата, там, совсем одного! — плача, сын принялся рассказывать о своём поступке.

Сердце от чудовищной боли хотело вырваться из груди, образ Майли стоял перед глазами, одолевало желание разнести всё в пух и прах. Ужас любой женщины — потерять родное дитя. Но сейчас перед ней лежал старший сын, который сам себя очень сильно терзал. Она хорошо знала своих детей, и как старший брат любил младшего. Его нельзя винить, он не должен винить себя, он сделал всё возможное.

— Майли! Дитя моё! — женщина посмотрела в потолок. — Прости нас! — и обняла Роя за шею. — Всё будет хорошо! Ты не виноват! Мы справимся! И с ним тоже всё будет хорошо. Не сдавайся, — надежда всё ещё оставалась. Мать и сын сидели обнявшись, тихо плача и ничего не говоря.

За окном солнце стремилось к земле, закатом оповещая о наступлении вечера. В дверях палаты раздался стук. Лила приоткрыла красные глаза и аккуратно освободилась от объятий спящего сына. Когда она открыла дверь, перед ней предстал незнакомый человек, очень похожий на мужа. Ноги предательски подкосились, а мужчина мгновенно среагировал и нежно подхватил.

— Кто вы? — отходя от шока, она спросила негромким голосом.

— Ришаг Дайл. Отец Шади, — шёпотом ответил он, заметив спящего внука. — Прошу пройти за мной. Поговорим в коридоре. Не хочу будить внука, ему нужен отдых.

Они молча вышли в коридор и сели на лавку. Лила продолжала рассматривать свёкра: статный мужчина с овальным лицом, ухоженные бакенбарды, треугольные холодные глаза, тёмные волосы с седыми боками.

— Шади говорил, что его отец умер.

— Так нужно было. Пьер! — из-за угла вышел немолодой мужчина. — Рассказывай.

— Место происшествия осмотрено. Кираки не тронули мальчика, к счастью. Ребёнок самостоятельно выбрался из-под телеги и поел. Мы обнаружили скорлупу и крошки. Потом он двинулся по дороге в сторону города, и вскоре его следы оборвались. Их кто-то уничтожил. Найти ещё следы нам так и не удалось.

— Так где сейчас мой сын?

***

Майли очнулся и открыл глаза, пальцы коснулись затылка: «Ай, опять шишка!». Солнечный луч проникал сквозь щель в досках и светил в прямо в лицо. Ребёнок прислушался, но ничего подозрительного и никого не услышал.

— Мам, Рой! — но никто не отвечал. Лишь щебетание птиц нарушало тишину.

Под повозкой двигаться удавалось с трудом. Ползая на спине, Майли принялся осматриваться вокруг. На земле валялся разного рода хлам, и вскоре взгляд остановился на зелёном рюкзаке с едой. Желудок сразу отозвался голодным урчанием.

«Есть хочу, но сначала нужно выбраться».

С большими усилиями ему удалось перевернуться на живот и, вращаясь по кругу и расталкивая вещи, он заметил небольшой подкоп. Твёрдую землю со множеством камней копать пришлось голыми руками. После четверти часа мучений грязный с ног до головы ребёнок наконец выбрался наружу, на некоторых пальцах из-под грязных ногтей шла кровь: