— Хм, звучит интригующе.

Засияв, я направилась вслед за Кэйдом на кухню с белыми столешницами, укомплектованными стильной бытовой техникой из нержавеющей стали. Подпрыгнув, я уселась на одну из рабочих поверхностей и смотрела за тем, как Кэйд ныряет в холодильник и достает оттуда гору продуктов. Многие мужчины утверждают, что умеют готовить, однако, не узнаешь, пока не попробуешь. Что касается Кэйда, то мне показалось, что он вполне неплохо готовит.

— Ты собралась просто сидеть и смотреть? — спросил он, раскладывая кусок мяса на разделочной доске.

— Ты же знаешь, что, когда готовишь для леди, нужно соблюдать некоторые правила.

— Нет никаких правил, и нет здесь никаких леди.

Я стукнула его по плечу, услышав веселое хихиканье в ответ.

— Вот так ты обычно ухаживаешь за девушками?

Он поднял глаза, срезая жир с мяса.

— Во-первых, милая, я никогда не ухаживаю за девушками. Нет такой необходимости. Во-вторых, неужели я похож на ухажера? И в-третьих, ты первая девушка за последние лет пять, для которой я готовлю.

— Так сколько тебе лет, дедуля? — рассмеялась я.

Кэйд с серьезным видом покачал головой, но я все-таки уловила легкую улыбку на его лице.

— Мне двадцать девять.

Я физически почувствовала как меняется выражение моего лица. Я знала, что Кэйд старше меня, но не предполагала, что это будет разница в восемь лет.

— Слишком стар для тебя? — пробубнил он, заметив мою реакцию.

— Нет, с чего ты взял?

— Видела бы ты свое испуганное лицо.

Давай, выкручивайся, Эддисон.

— Просто я подумала, что ты слишком молод для того, чтобы быть вице-президентом мотоклуба. Это достаточно серьезное дело.

Кэйд пожал плечами.

— Для меня – нет.

— Как ты здесь оказался?

Кэйд достал картофель и начал чистить.

— Мне помог Джек. Раньше я жил в одном убогом месте, а он забрал меня. Постепенно мы сблизились, он доверял мне, поэтому и назначил на такую должность пару лет назад.

— Так все это благодаря моему отцу?

Кэйд кивнул, бегло взглянув на меня.

— Удивлена?

— Немного. Но я все понимаю.

— Он изменил мою жизнь. Вытащил меня с самого дна.

Продолжая сидеть на столешнице, я скрестила ноги, уперлась руками об рабочую поверхность, и немного наклонилась вперед.

— А что подразумевается под словом «дно»?

— Наркотики, секс, криминал… Чувство вины.

— Вины?

На секунду Кэйд застыл, и я успела это заметить. Что же он скрывает? Что такого натворил? Почему испытывает чувство вины, о котором не может спокойно говорить? Может, именно поэтому он настолько решителен со мной? А, может, он видит во мне себя? Или пытается помочь мне, потому что когда-то сам не смог найти выход? Ведь так устроены люди: когда они не могут решить свои собственные проблемы, то реализуют потребности через других. Скорее всего, это просто поддержка, которая не дает нам обоим окончательно растерять себя. Нам всегда легче думать, что все еще можно спасти. Хотя бы малую часть.

— Мне не хотелось бы об этом говорить.

Я кивнула, понимая его, как никто. Я тоже не готова посвящать кого-то в подробности своей жизни. А мне, поверьте, есть что рассказать.

— Я тебя понимаю.

Кэйд прекратил чистить картошку и посмотрел на меня.

— Я ожидал другой реакции.

— Какой, например?

— Большинство девушек с недовольной гримасой закатывают глаза, либо высказывают дурацкие слова утешения, которые меня раздражают.

Наши глаза встретились.

— Я проходила через такое, о чем не хочется говорить. И я знаю, какого это – хранить в сердце историю, которой не хочется ни с кем делиться. Знаешь, не все нужно рассказывать о себе… иногда есть вещи, которые лучше скрыть.

Кэйд пристально посмотрел на меня, его взгляд проникал в самую душу.

— Никогда не слышал ничего подобного, но мне нравится твоя точка зрения.

Кивнув, я опустила взгляд в пол. Кэйд резко отбросил нож и подошел ко мне, взял за подбородок и посмотрел в глаза.

— Я знаю, что тебе пришлось пережить ужасные вещи, и, возможно, когда-нибудь ты захочешь все мне рассказать. А, может, и я захочу поделиться. Пусть это будет всего лишь фрагмент твоей жизни, или совсем маленький эпизод – решать тебе. Я никогда не посмею давить на тебя, и никогда не буду осуждать. Я вижу по твоим глазам, через что ты прошла. Знаешь, почему? Ты всегда улыбаешься натянуто, глаза не излучают настоящий блеск, как обычно бывает у людей. Но когда-нибудь, маленькая, я заставлю твои глаза сверкать.