После завтрака Алекс и Рори ушли по делам, и праздник закончился. Элисон отправилась собирать детей в дорогу. Видя, что все заняты своими делами, Эвелин тихонько проскользнула в комнату к лорду Грэнвиллу. Она делала это каждый день, хотя чаще всего лорд спал и не мог знать о ее присутствии.

На этот раз граф лежал с отрытыми глазами и заметил, как Эвелин вошла. Он приподнялся на подушках, но так закашлялся, что Эвелин пожалела, что пришла. Видя, что она стоит у двери, граф сделал ей знак подойти. А затем, не менее повелительным жестом — этого не отняла у него даже болезнь, — приказал сиделке удалиться.

— У вас такое лицо, будто вы всю ночь не спали, — сказал он, когда Эвелин присела рядом. — Надеюсь, мой наследник обращается с вами хорошо, насколько ему позволяют его понятия…

— Я не очень-то изучила его «понятия», но он меня не обижает, — ответила Эвелин с улыбкой и заметила, что в глазах графа сверкнули лукавые искорки.

— Я устал ждать объявления о следующем наследнике. Что у вас не ладится? — Граф говорил хрипло, но тон речи был не злой, даже сочувственный. И все же Эвелин не отважилась взглянуть в его исхудавшее от болезни лицо.

— Кое в чем мы с Алексом очень похожи, и оба очень упрямы. Иногда даже во вред себе… Потерпите еще немного, я думаю, скоро мы сможем объявить о ребенке.

— Я не настолько глуп, моя девочка, чтобы не понимать, что вы с Алексом либо перегрызете друг другу глотки, либо станете единым целым. Середины у вас не будет. Надеюсь, вы сами со временем поймете это и научитесь понимать друг друга… Во всяком случае, попытайтесь начать с постели. Тут все зависит от вас, а я все-таки очень хочу успеть услышать о наследнике…

Эвелин слишком хорошо поняла, что он имеет в виду, и порывисто взяла его за руку.

— Подождите, вы еще услышите о полудюжине наследников. Придется ехать на Барбадос, улаживать все это. Мне всегда хотелось побывать в Вест-Индии.

Граф легонько пожал ей руку.

— Это уж вы с Алексом… У меня там дочь, которая будет рада вас видеть. Я так и не виделся с ней с тех пор, как уехал с Барбадоса. Все дела мешали…

— Как только вы поправитесь, я заставлю Алекса начать приготовления к поездке… Или чуть позже. Может, у Элисон к тому времени родится дочка…

Граф понимающе улыбнулся, прощая ей ложь, и прикрыл глаза. Он прожил долгую жизнь. Было о чем сожалеть, но не настолько, чтобы через силу оставаться. В конце концов, он сможет слышать их всех и там, где его давно ждала та первая женщина, которую он любил. Если уж он и отправится в путешествие, то только туда, к ней. Граф чувствовал, что ждать осталось недолго.

Эверетт Хэмптон, четвертый граф Грэнвилл, мирно скончался во сне в первую неделю января. Вьюжная ночь крутилась в бешеной пляске над городом, дико завывая в каминных дымоходах огромного дома.

Эвелин проснулась от громкого стука в дверь. Сначала она не поняла звука, хотела покрепче прижаться к мужу и опять заснуть, но Алекс уже проснулся. Он потянулся к ней, поцеловал в волосы и прислушался.

— Лорд Грэнвилл, пожалуйста! — донеслось из-за двери. — Хозяйка вас зовет!.. Пожалуйста!

Эвелин приподняла голову, еще не веря, но что-то жуткое толкнулось внутри. И тут раздался стук в другую дверь.

— Леди, проснитесь! — послышался голос ее служанки. — Графине нужна ваша помощь! Поспешите, пожалуйста!..

Алекс сел на кровати. Лицо его сделалось серым, словно окаменело. Эвелин глянула на него и все поняла.

— Алекс?

Он посмотрел в испуганные глаза жены и, словно не веря сам себе, медленно покачал головой. Потом потянулся к ней и поцеловал.

— Иду! — крикнул он и, подав руку, помог Эвелин выбраться из кровати. Оба сразу ощутили, как невыносимо холодно в комнате, во всем доме.

Алекс взял со стула халат и протянул ей.

— Иди к себе. Оденься и поспеши к Дейдре. Ты ей будешь нужна, — Он запнулся и добавил: — Прости, пожалуйста…

В будуаре ее встретила служанка, вся в слезах. Эвелин сдержала раздражение, вдруг возникшее при виде ее заплаканного лица. И тут же поняла, что ей самой хочется расплакаться.

— Вам сегодня понадобится серое, леди. — Слова служанки падали, словно камни. — Уже послали за швеями. Как только откроются магазины, купят все необходимое… Графиня не в себе. Она никого не хочет слушать. Поспешите, пожалуйста.

Наконец до нее дошло. Тело будто сжали и обшарили ледяные пальцы. Словно в тумане, Эвелин позволила служанке одеть себя, чего никогда прежде не разрешала. Почувствовала, что сейчас это нужно обеим. Служанку привычные движения несколько успокоили, а у Эвелин было время подумать.