– В тот день, когда все это началось, моя внучка, Аня… - Голос старика задрожал, но он взял себя в руки и продолжил. – Была изнасилована и убита. Я не смог помешать насильнику. Но я узнал его. Этот гад сидит тут. Его завут Александр Ейский. Вон он!

Дедушка показал на обидчика.

– Александр встаньте.

Мужчина в пятом ряду нехотя поднялся.

– Я просил справедливости у Кристины Павловны, но она сказала, что нужны доказательства. Что моего слова не достаточно. А какие у меня доказательства?! – Руки старика задрожали, он начал их потирать, а из глаз его покатилась слеза.

Александр, подойдите к алтарю.

– Да делать мне нечего! – Выкрикнул преступник и сел обратно.

– ТЫ СМЕЕШЬ ВОЗРАЖАТЬ ВОЛЕ МОЕГО АПОСТОЛА?! – Раздался громогласный рев в зале.

Тело Александра, неестественно изогнувшись, поднялось в воздух и полетело к нам. Зал вжал головы, даже старик как-то попятился, но остался.

– Что вы можете сказать в свое оправдание? – Спросил я насильника, когда тот подлетел к нам.

– Да чушь это все! – Неуверенно промямлил преступник.

Потолок не покрывался тучами, и откуда взялась молния, что превратила мужчину в обгорелый кусок плоти, никто не знал.

В зале наступила гробовая тишина. Дедушка развернулся к алтарю и поклонился ему.

– Спасибо. – Тихо прошептали губы старика. Развернувшись, он пошел обратно в зал.

– Забыл сказать. Ложь перед алтарем Бгорта, верная смерть. – Решил я нарушить тишину. – Есть в зале еще кто-то, кто нуждается в справедливости?

– Я. – Робко поднял руку черноволосый мужчина в строительном костюме.

– Выйдите сюда.

Мужчина вышел на сцену.

– Я Гриша, у меня есть жена, Наташа. В общем, это, слышал я от соседки, что пока я на работе, баррикады строю, материал разный таскаю. Строитель я, вот. Ну, в общем, ходит к ней хлыщ один. Он из охотников. И того, в общем, пытался я с ним говорить, да и бить пытался, да уж где мне? Силенок то не хватает. Ну и, не знаю я что делать. – Выдал он свой рассказ.

– Кто этот мужчина?

– Фимка. Вон он стоит.

– Выйдите к нам. – Велел я любовнику Гришиной жены.

Ослушаться Фимка не посмел. Видимо опыт Александра оказался значимым. Кстати тело Ейского уже убрали и подмели за ним.

– Ходишь к Наталье, когда мужа дома нет?

– Хожу. – На лбу мужчины появилась испарина.

Я посмотрел на мужа.

– Где ваша жена?

– Вон сидит, рядом с моим местом. – Ответил обиженный.

Рядом с пустым местом, сглотнула пышная дама.

– Наталья, выйдите сюда.

Она сначала помотала головой, а затем все же испуганно поднялась и подошла.

– А она тут при чем? Она же баба! Что ж ее за это убивать? – Тут же запричитал рогоносец.

– Наталья. – Обратился я к женщине, не обращая внимания на Гришу. – Это правда?

– Да. – Прошептала женщина, опустив голову.

Как только прозвучало признание изменницы, зал огласил жуткий крик. Кричали двое. Женщина схватилась за свой лоб, а ее любовник за пах.

– Что ж ты делаешь то ирод! – Взревел муж Натальи, бросаясь к своей жене.

Добежать он не успел, тело его взлетело, руки и ноги разошлись в разные стороны. Лицо покраснело, глаза выпучились. Сказать он ничего может.

– КАК СМЕЕШЬ ТЫ ОСКОРБЛЯТЬ АПОСТОЛА МОЕГО В ХРАМЕ МОЕМ?! – Тут же взревел голос.

– Прошу прощения. – Прошипел Григорий. Его тело упало, а он как раненный пес отполз от меня.

– Слушайте сюда. Вне зависимости от того, кого вы считаете правым, наказан будет виноватый. Жена Григория виновата не меньше ее любовника. Соответственно и наказана.

На голове женщины появился красный опухший круг. Символ неверности. Что случилось с ее любовником, я не знаю. Но чувствую, что он тоже пострадал.

Тишина в зале стала еще более мертвой. Кажется, я слышу, как бьются сердца Григория, его жены и любовника.

– Я уеду, но вместо меня, следить за храмом останется мой помощник. Герман, поднимись.

Кремень взобрался на сцену. В своем доспехе из кевлара, мужчина никак не походил на религиозного служащего. Мы обсудили с ним все это заранее, он уже принял мою веру и согласился нести это бремя. Я очень доволен тем, что он согласился. Герман надежный мужчина и к справедливости относится со всем уважением, он говорил, что Бгорт уже обращал на него внимание.