Спустя множества коридоров и ходов, мы оказались в помещении, которое в будущем должно стать кабинетом. Радовало, что положили только пол, оставив на стенах лишь слой шпатлевки, хотя на снимках это место казалось мне значительно меньше и уже. Интересоваться необходимостью такого пространства не стала, понимая, что у каждого гендиректора собственной крупной компании свои причуды и прихоти.

– Мне необходима рабочая зона, приватная зона для неформальных приемов клиентов и личная, – проговорил он, пока я расхаживала от одной стены к другой, слыша стук собственных каблуков. И его.

– Что вы подразумеваете под личным пространством? – обычно я сразу задаю этот вопрос, ибо у каждого клиента свои запросы и требования.

– Ванная комната, кровать, можно небольшой диван, – деловито проговорил он где-то за моей спиной, пока я любовалась привычным видом из окна. Стандартный набор, как я и предполагала.

– Сроки?

– Мне нужно обсудить это с коллегами, но, думаю, если мебель приедет вовремя, управимся за месяц, – высказала я рабочую фразу, неожиданно почувствовав позади себя знакомый аромат.

И его дыхание, опускающееся на открытый участок шеи.

Размеренное. Спокойное. В отличие от моего участившегося, как только я ощутила отсутствие расстояния между нами. Кожей. Телом. Ситуация казалась мне по необыкновению интимной. Приватной. Словно мы находились здесь в полном одиночестве. Хотя почему – будто? Помимо нас, тут никого не было. Нет! Нужно прекращать, пока я совсем не сошла с ума.

– Детали можем обсудить уже у меня, – я повернулась к нему лицом, не выдав ничем растерянное состояние.

На время.

Пока он не взглянул на меня с толикой любопытства. А я просто стояла на месте, не в силах сделать хоть шаг и разорвать интимность наших взглядов, направленных друг на друга. Понятие не имею, как я выглядела со стороны, да меня это и не особо волновало, однако его глаза, вокруг которых проглядывались маленькие морщинки, казались мне поистине красивыми. Чисто зелеными. Яркими. Будто в них и не существовало слегка темной примеси.

«Его жене несказанно повезло», – пронеслось в моей голове, как только мы направились обратно в мой кабинет. Я заметила, как Юля не без тени любопытства поглядывала на Красницкого, покусывая кончик карандаша. Видимо, не у меня одной этот мужчина вызывает нестандартную реакцию на себя – кто-то даже не в силах показать свою сдержанность. А удалось ли это мне? Этот вопрос останется без ответа.

Вернувшись в мой офис, мы быстро подписали договор и обговорили цену. Надо сказать, Красницкий оказался достаточно щедр для нашей фирмы – заплатил двойную цену сразу же, не оставив задаток. Интересно, он так же щедр с женой? Хотя почему меня это вообще должно волновать? Главное закончить заказ вовремя и разойтись, тем более меня ждали более важные дела на сегодняшний день.

Из здания мы вышли вместе, как и в прошлый раз, только сейчас он проводил меня до машины, прежде чем проследовать в свою. Хотя, мне казалось, мы дольше разговаривали о мелочах, чем прощались. Повторный звонок матери прервал нашу беседу. Опять. Видимо, это карма мобильных телефонов.

К матери я доехала за полчаса, хотя, если бы не пробки, успела бы раньше. Дом, любимый дом. В нашей квартире с видом на Москву-реку ничего не изменилось. Так же уютно и просторно, как я и помню, даже моя комната осталась в первозданном виде, коей я ее покинула пару лет назад, когда отец помог мне приобрести шикарные апартаменты в «Москва-сити». Я любила свою квартирку-студию с прекрасным панорамным видом на ночной город, но отчий дом – больше.

– Ликочка, – вновь мама решила перерезать ножом воздух ненавистным мне именем. – Как дела на работе? – пригубив чашку чая, как это любят делать чертовы аристократы, поинтересовалась мама. Наверное, если бы я так же оттопырила мизинец, то со стороны мы были бы похожи как две капли воды. Вру. Мы и так похожи как две капли воды с разницей в двадцать пять лет.

– Все хорошо. Клиенты довольны нашей работой, несколько минут назад подписала контракт с гендиректором «ЭлементСтроя», – поведала я маме. Она часто интересовалась моей жизнь, моей работой, давала множество советов в дизайнерских решениях, которые я потом вносила в проекты и предлагала подчиненным. Заодно мама любила подсовывать правильных, по ее мнению, клиентов. Когда-то она и сама работала в подобной фирме, пока не забеременела мной. В те годы с карьерой пришлось попрощаться и полностью сесть на шее отцу, хотя, как мне казалось, она не особо об этом жалела, тем более по сей день она жила припеваючи, в любви и роскоши.

Мои родители познакомились ровно двадцать пять лет назад, когда мама была в моем возрасте и работала в доме дизайна, а отец являлся ее президентом, поставив в качестве заместителя свою супругу. Вряд ли она догадывалась о романе моих родителей, однако, узнав итог – беременность одной из своих лучших сотрудниц Ирины Королевой – потребовала не только уволить ее, но и сделать все, чтобы о внебрачной дочери знаменитого Юрия Державина никто не узнал. Вот никто до сих пор и не догадывался о нашем родстве за определенную плату, возмещаемую отцом по сей день. С ним я периодически общаюсь, но не так тесно, как с матерью, ибо, кроме материальных благ, ничего от него не получила. Думаю, и на этом ему нужно сказать спасибо, но это слово ни разу не вырвалось из моих уст.