– Замечала. Они ненавидели музыку. Она их раздражала. Они запрещали мне петь. Но, в еде я всегда была капризной. Как многие дети. Это не показатель! Какие у тебя есть доказательства? Это больше похоже на бред сумасшедшего.

– Согласен. Но, это чистая, правда. И с этим надо смириться. Единственно доказательство - это слова твоей родной тёти Бельцевой Аллы Борисовны. Она раскрыла эту тайну о подмене ребёнка своей второй племяннице, а та пришла с этим ко мне и продала за баснословную сумму. Я хотел отомстить за сестру и мать. Так меня воспитали. Нанял киллера. Ты справилась с одним. Я нанял другого. Ты сбежала.

– А теперь ты решил сделать это своими руками? Так надёжней?
– вклинилась Элиза уже не со страхом в голосе, а с вызовом.

– Нет, малыш. Ну, что ты! Само проведенье пошутило со мной. Сначала ты спасла моего отца от неминуемой смерти. Потом ты покорила меня своей красотой, и я просто влюбился без памяти с первого взгляда, с первого звука твоего голоса. А потом, наверно самое главное, я узнал, что твой отец не виновен в смерти моей матери и сестры.

Это не он отдал приказ их убить. Это провокация правоохранительных органов. Об этом мне поведал твой друг Минин.

В этот момент Эмиль прищурился, и первый раз за весь этот монолог посмотрел в глаза Элизы, переполняемый ревностью и подозрением.

– А кто такой Минин?
– спросила Элиза, чем просто насмешила, и выбила из колеи Эмиля.

– Минин? Ты не знаешь, кто такой Минин?

– А должна знать?

– Наверно, ты должна знать фамилию человека на даче, у которого ты пряталась, и который рисковал своей репутацией, вытягивая тебя из этой передряги.

– А, теперь понятно. Ты о Владимире Александровиче. Он отец подруги моего друга.

– Гениально.

– Ну, ты всё сказал?

– Всё.

– А теперь главное. Кто притащил меня в эту Швейцарию и, где мой отец? Если, конечно, твоя сказочка правдива.

– Вот на эти вопросы - у меня нет ответа.

– А он знает о том, что я у него есть?

– Думаю, нет. Откуда?

– Может, его давно нет в живых?

– Может. Очень может быть. Он уехал из России практически сразу после резни и порвал все свои старые связи. Сейчас никто не знает. Где он. И как его теперь зовут.

– Ладно. В конце концов, меня вполне устаивают мои нынешние родители. Но, если честно сказать, без сарказма, ты меня успокоил, и не только потому, что мне не надо больше ждать выстрела из окна. Знаешь, ты словно камень с души снял. Мне кажется я всю жизнь жила между небом и землёй с ощущением, что я живу другой жизнь, что это не моя семья, что это не мои родные. По хорошему самым близким для меня человеком была моя бабушка, родители всегда были в постоянной гонке за деньгами. Постоянно на работе, на даче, в трудах. Не скажу, что это жадность. Это нужда, но она съедала всю их жизнь и не оставляла мне ни капельки своей части. А всё оказывается намного проще. Просто не было зова крови. Хотя они меня очень любили.

– А тебя нельзя не любить!
– улыбаясь, вставил Эмиль.

– Ох, и плохо же ты меня знаешь!

– Это не важно. Любят не за что-то. Любят просто так. Это выше нас. Выше нашего понимания.

– Да?

– Да!

– Нет, у меня не так. Я люблю за что-то.

– То-есть?

– Да, ладно. То есть не знаю, потому что никогда особо никого не любила. Легкая влюблённость, симпатия, привязанность, но не более того.

– Так ты холодная!

– Ну, если ты меня сейчас не выпустишь из своего плена, я не просто стану холодной. Я превращусь в льдинку и умру.

– Нет. вот этого я тебе не позволю!

Эмиль попытался взять её на руки, чтобы отнести в отель, но Элиза стала отмахиваться и визжать.

– Ты, что обалдел? Что ты делаешь? Я же тут работаю! Что обо мне скажут! Я же не просто отдыхающая. Я сотрудник. Только сплетен мне не хватало!

– Упс.
– Остановился Эмиль.
– Извиняюсь!

– Если мы с тобой мило побеседовали по душам, ещё не значит, что я изменила своё отношение к тебе.

– Ничего не изменилось?

– Ну, как сказать.

– Как есть.

– Ну, по крайней мере, я перестала тебя бояться.

– И на том спасибо, - обрадовался Эмиль, открывая перед девушкой дверь.

После этого разговора Эмиль пропал на десять дней.

Элиза не знала радоваться этому или печалиться. Сначала она очень скучала, а потом напротив, стала вообще забывать о его существовании. Тем более она не страдала от отсутствия мужского внимания.

Глава-16.

Элиза собиралась на концерт, когда в двери её номера постучали.