– Это правильно. От многих одни расстройства. А за участок не беспокойся. Я его Милке поручу.

– Скажите ей, чтобы клумбы поливать не забывала. Зря, что ли, я столько над ними горбатилась?

– Не переживай, говорю! Все ладно будет. Но я за тебя беспокоюсь. Куда, спрашиваю, подашься? У меня, вот, ключи от дачи друга есть. Он в южные края в отпуск подался, а я…

– Не надо, обойдусь, – ответила ему так, что Иван Петрович, связку немедленно спрятал обратно в карман.

– Как знаешь. Я как лучше хотел…

Собрать рюкзак, оказалось для нее делом десяти минут. Когда с этим покончила, закинула его лямки себе на плечо и вышла из квартиры. А у раскидистого куста сирени сидел и внимательно следил за ней одним глазом Пес, так как второй закрыла челка. Девушка покосилась на него, но принялась молча закрывать дверь на замок. Сделала это, поднялась по ступеням и направилась к арке. Пес поднялся с насиженного места и двинулся за ней.

– А ты куда? – приостановилась Татьяна. – За мной решил увязаться? Так я сама еще не знаю, где и когда найду приют. Скорее всего, мне придется с этим домом распрощаться навсегда. Ты готов бродяжничать вместе со мной?

– Гав!

– Даже так?! Ох, не знаю, к добру ли стал видеть во мне свою хозяйку. Я ведь всего лишь подкормить тебя хотела, оголодавшую псину. А ты в дом тихим сапом проник, угол собой заполонил. Может, одумаешься и останешься здесь, в этом дворе? Милка у нас тетка добрая, глядишь, не обидит и куском иногда наградит. Что думаешь? Язык высунул и дышишь. Это что значит? – хмыкнула на него, потрепала по лохматой башке и решительно развернулась, чтобы уйти прочь. Но на проспекте оглянулась и обнаружила, что псина от нее не отстала. – Упрямый, да? Смотри, как бы потом не пожалел! Я ничего не могу гарантировать: ни постоянного дома, ни повседневного ухода. Голод, правда, нам с тобой не грозит, чего-чего, а денег у меня выше крыши. Но я такая же бродяга, как и ты. От этого жизнь обещает и дальше быть неспокойной. Согласен на такую? Тогда пошли. Для начала зайдем в лавку со всякими причиндалами для животных.

Купив собаке ошейник и одев его псу на шею, девушка потянула за поводок, уговаривая покинуть магазинчик. Но собака как окаменела и глаз не спускала с пирамиды из консервов для животных. Поняв такой прозрачный намек, Таня приобрела пару банок и еще пакетик сухого корма и закинула все богатство в рюкзак. Пес этими действиями хозяйки остался доволен и после легко дал себя вывести на улицу.

– А ты хитрец! – с улыбкой поглядела девушка на шагающую около ее ноги собаку. – Свои интересы соблюдаешь.

– Гав!

– Обещаешь меня беспрекословно слушаться, если кормить тебя буду исправно и сытно?

– Гав!

– Смотри! Договор – дороже денег!

* * *

Она смогла снять на месяц небольшой кособокий домик на окраине Петергофа. Он располагался в глубине дачного участка, заросшего травой по пояс и крапивой. Собственно, это был, скорее всего, такой сарайчик. Без всяких удобств, они располагались в стороне на дворе. Помещение всего в одну комнату, что служила и спальней, и кухней, и прихожей и гостиной. Из мебели наблюдалась односпальная кровать, стол с двумя табуретами, а вместо шкафа имелись три больших гвоздя, вбитых в стену рядом с дверью. Кстати, та дверь запиралась только изнутри, на щеколду. Вот такие достались ей хоромы. Но зато, хозяин их, явно пьющий и немного одичавший от одиночества мужичок, не спросил у нее ни паспорта, ни фамилии, только именем поинтересовался. А еще он, как показал ей снятое жилище и деньги за него принял, так скрылся в своем, не менее убогом доме в другой стороне участка, и больше особо на глаза не показывался.

В первый день, как заселились, они принялись осваиваться. Девушка хлопотала по хозяйству, пес принялся обследовать участок, намереваясь потом его весь целиком взять под охрану. Когда заметил появившуюся у порога миску с едой, счастливо улыбнулся и с благодарностью взглянул на преобразившуюся хозяйку. А что? Цвет волос, напоминающий вороново крыло, ей шел. И убирать длинные густые пряди Таня стала иначе. Теперь скручивала их в тугой жгут и пришпиливала заколкой к затылку. Глаза девушки из зеленых превратились в синие. Пес ничего не знал про линзы, но в целом, остался доволен. А еще его хозяйка перестала постоянно рядиться в джинсы, на смену им у нее появилось летнее платье, сарафан и юбка с парой блузок. И она обещала отвести Пса вечером к заливу. Красота! Возможно, ему даже повезло бы искупаться, а плавать он любил. Почему нет? Купила же Таня и себе купальник, и это значило, что мысли о воде и плавании были не такими уж и неправильными.

В праздности потом прошли несколько дней. Они состояли из прогулок, загорания и купания. Дела включали в себя только короткие походы в продуктовый магазин и готовку нехитрых обедов и ужинов. И везде пес неизменно следовал за хозяйкой. Он оказался неплохо воспитан и вполне интеллигентен. Никого не облаивал, в магазин не заходил, а поджидал хозяйку у порога. Умел считывать желания по глазам, а угодить Тане, похоже, ему было даже приятно, поэтому часто засматривал ей в лицо и никогда, больше чем на несколько метров, от нее не удалялся.

– Завтра я оставлю тебя дома, Пес, – сказала она ему как-то вечером, укладываясь спать.

Он с ней не согласился. Когда Татьяна вышла из домика, вспомнила, что снаружи на двери не было никакого замка. Как быть? Как закрыть собаку в комнате? Придумала подпереть хлипкую дверь подвернувшейся под руку доской. Сделала так, но не успела отойти и на шаг, как к ней на улицу смогла, все же, высунуться лохматая голова. Затолкала ее назад, а под створку подставила тяжелый стол, что до того громоздился около старой яблони. Только удовлетворенно потерла руки, как раздался треск сломанной оконной рамы, а на двор выпрыгнул ее питомец.