Если страдания и переживания обманутого мужа Никите удалось запечатлеть на бумаге, не плохо также был выписан образ коварного любовника, то облик вероломной жены не выходил у начинающего автора, он получался тусклым и невыразительным. С огорчением Никита понял, что плохо разбирается в женской психологии, и за разъяснениями обратился к подруге Виктории Лебединской. Позвонив подружке, Никита начал издалека:

– Виктория, если бы ты узнала, что твой парень Антон изменяет тебе, как бы ты поступила в данной ситуации?

– Что?! – воскликнула Виктория и замерла с телефонной трубкой в руках. Немного придя в себя, девушка спросила: - Никита, ты что-то знаешь? Тебе что-то стало известно про похождения Антона на стороне? Говори! Он мне изменяет?

– Нет-нет! Что ты, Виктория, - поторопился успокоить подружку Никита, совершенно не ожидая от нее такой бурной реакции на свой вопрос. Он постарался было убедить ее, что Антон по-прежнему ей верен, но все было безрезультатно. Расстроенная Виктория не поверила всем заверениям Никиты и обвинила его, что он покрывает друга, и бросила трубку.

– Да, дела… Вот тебе и женская психология, - сказал Никита и решил позвонить Маринке. Услышав фразу, как бы она поступила, узнав, что ее Герман ей изменяет, Маринка тут же впала в истерику и сказала, расплакавшись, что она никогда не простит измены мужу.

В тот же день друзья Герман и Антон нагрянули к Никите с единственным желанием поколотить друга, потому что из-за его дурацких звонков и глупых вопросов в их домах начались скандалы с выяснением отношений и битьем посуды. Никита клятвенно стал заверять друзей, что не хотел испортить отношения в их семейных гнездышках, а всего лишь хотел узнать поближе женскую психологию.

– Ну, что узнал? Иди ты к черту со своей психологией! – сказал Антон, намереваясь врезать другу по уху, но Никита во время увернулся. – Из-за тебя моя жизнь теперь превратилась в кошмар.

– А что, разве, раньше она была лучше? – съязвил Никита. – Помоему вы и так с Викторией жили, как кошка с собакой.

– Он еще издевается! – окончательно вышел из себя Антон. – Нет, я тебя сейчас точно поколочу!

– Молчу, молчу! – Никита миролюбиво поднял руки.

– Тоже мне, эксперт нашелся! – вспылил Герман. – Это ж надо додуматься, такие вопросы задавать женщине: изменяет ей муж или не изменяет. Мне Маринка после твоего звонка такой концерт устроила, чуть глаза не выцарапала, так ладно б, виноват был, а так зря пострадал. Никита, ты просто гад, вот ты кто после этого!

– Друзья мои, каюсь, я виноват! – сказал умоляюще Никита. – Я просто не подумал.

– Вот-вот, а думать надо прежде, чем звонить женщинам и задавать свои дурацкие вопросы, - сказал Герман. – Ты гляди, деятель выискался!

– Герман прав, Никита, ты гад и подлец! – подытожил Антон. – Не ожидал от тебя такого.

– Ой, ну опять вы, ребята, за свое, - вздохнул Никита. – Говорю же, я не со зла. Роман пишу, вот и понадобилось узнать, что думают женщины. Изучаю, так сказать, психологию женскую. А вопросы вашим женам задавал в качестве эксперимента.

– Что ж ты Татьяне своей не позвонил, и сам у нее не узнал, что она думает по поводу твоей измены? – съязвил Герман.

– Мы с Татьяной в ссоре! – быстро парировал Никита.

– Психолог хренов! – сказал со злостью Антон. – Собирайся скорей, пойдешь со мной!

– Куда?!

– Будешь сам извиняться и оправдываться перед Викторией. Дать бы тебе по шее за твои психологические эксперименты!

– Попрошу без рукоприкладства! Мы с вами интеллигентные люди, между прочим, что мы будем ссориться из-за пустяков, - говорил Никита скороговоркой, в спешке собираясь. – Ух, черт, рубашку навыворот надел. Надо переодеться.

– Ничего! И так сойдет! – окончательно вспылил Антон. Он ухватил приятеля за шкирку и вытолкал за двери. – Иди извиняйся перед Викторией!

– Вот-вот, и перед Марникой тоже извинись, - поддакивал на ходу Герман, когда они втроем спускались по лестнице, выходя на улицу. – Танюхе бы твоей кто-нибудь такое про тебя бы рассказал и спросил: «Танюша, а как бы ты поступила, если бы твой Никита тебе изменил?» - злорадствовал Герман. – Это ж надо так подставить своих друзей.

– Это ж надо было такое придумать! – не унимался Антон. – Женщины ревнивые как кошки, а тут умник выискался, полез в душу со своими идиотскими вопросами.

– И не говори, Антоха, - бурчал Герман, еле поспевая за друзьями.

– Согласен, друзья, мое поведение глупое и непростительное. Может, никуда не пойдем, я же уже признал свою ошибку, - попросил Никита, когда они вышли на улицу.

– Э не, брат, ты так легко от нас не отделаешься! А ну бегом садись в машину, а то получишь сейчас! – Антон с силой стукнул приятеля по башке.

– А драться-то чего! – обиженно проговорил Никита, потирая пятерней ушибленную макушку. – Что это еще за самосуд! Между прочим, мы с вами живем в цивилизованном обществе…