– Я думал, она более… общительная, что ли…

– Колин, она выросла. Как и все мы.

Он рассеянно провел ладонью по щеке:

– А почему Уилла упорно не желает идти на этот прием? Ее бабушка ведь стояла у истоков Женского общественного клуба.

– Не знаю. Я написала Уилле, что хотела бы поздравить ее бабушку, но ей как будто все равно.

– Она и в реставрации «Хозяйки» участвовать отказалась?

Пэкстон смутилась:

– Я ее и не спрашивала.

– Ты хочешь сказать, что не просила Уиллу Джексон поискать у себя старые снимки или вырезки из газет, не приглашала ее в особняк, чтобы она своими глазами увидела, что делается внутри? Ты серьезно?

– В архивах оказалось достаточно фотографий. И вообще, Колин, при чем тут Уилла? Мне нужно было нанять подрядчиков и дизайнеров, отыскать редкие старинные вещи, ради которых, между прочим, пришлось прошерстить все аукционы и распродажи. Как, интересно, Уилла могла мне с этим помочь?

В ответ Колин лишь пожал плечами. Его взгляд скользнул по дворику, к бассейну, домику возле него, а затем устремился к расстилавшемуся впереди пейзажу: куда ни посмотри – кругом горные вершины и леса; издалека казалось, будто это дети играют под огромным зеленым одеялом. Все-таки ни одно место в мире не сравнится с Уоллс-оф-Уотер. И часть его, Колина, души до сих пор где-то здесь, вот только где именно? Хорошо бы знать наверняка, чтобы отправиться туда и вернуть себе эту недостающую часть.

– Просто я думаю, что с твоей стороны было бы любезно привлечь к реставрации Уиллу.

– Да я тут просто из кожи вон лезла! – взорва-лась Пэкстон. – А вот тебя все это время где-то носило! Ты умудрялся помогать мне на расстоянии, по телефону да по почте! Даже ради такого случая не счел нужным приехать!

– А ты хотела, чтобы я лично присутствовал при реставрации? Я не знал. – Он нахмурился, потрясенный реакцией сестры, и, помолчав, добавил: – Никто не просил тебя браться за это в одиночку, Пэкс.

В прошлом году Пэкстон позвонила Колину и изрядно его удивила, попросив заняться ландшафтом Джексон-Хилл. Но отказать сестре он не мог. Она собиралась посадить возле «Хозяйки Голубого хребта» большое дерево, и после длительных по-исков Колин нашел подходящий дуб. Он рос недалеко от места стройки, и в скором времени ему грозила гибель. Дерево было огромное и очень старое, и его пересадка требовала скрупулезной подготовки. Пришлось нанять арбористов, и Колин в течение года звонил им каждую неделю, проверяя, все ли правильно рассчитал. Наконец он взял отпуск на целый месяц, чтобы лично контролировать завершающий этап подготовки к торжественному открытию «Хозяйки», а это, по мнению Колина, было настоящей жертвой с его стороны, ведь он уже лет десять не оставался дома на столь длительный срок.

Конец ознакомительного фрагмента.