— Все подслушивающие и подсматривающие устройства в твоей квартире нейтрализованы, — мужчина сделал паузу. — На некоторое время.

Мои мысли зацепились за слова по поводу перечня мест нахождения следилок.

— Кто-то видел как я хожу голой по квартире? — осторожно поинтересовалась, приподнимаясь на руке.

— Во всех подробностях, — угрюмо произнес Азарий.

— Триединый, — в ужасе произнесла, представив воочию как выглядела со стороны.

— Так откуда? — повторился мужчина.

— Мне позвонили и потребовали деньги, — и я вкратце передала суть разговора, умолчав о предложении неизвестного воспользоваться помощью моей матери.

— Он сказал куда принести деньги? — мужчину интересовали подробности беседы.

— Еще нет, ведь я отрубила всякую связь, — а сама с ужасом представила кому могла понадобиться за это время и чем мне это грозило.

— Кому ты еще рассказала об этом? — Азарий предельно внимательно следил за моей реакцией.

— Никому, — пожала я плечами.

— Почему? Где твоя общегражданская сознательность? — с издевкой спросил у меня мужчина.

— Хорошо, — я опустила взгляд, соглашаясь с собеседником.

— Что хорошего? — Азарий положил ногу на ногу, приготовившись слушать что же я скажу.

— Если ты считаешь, что я должна была это сделать, то я выполню твое желание и сообщу куда следует о полученной информации по твоему поводу, — я сознательно делала ударение на персону Азария.

Мужчина проигнорировал мой сарказм, продолжив допрашивать.

Он вызнал у меня все, что мог, начиная от продолжительности и времени разговора, заканчивая тоном и предполагаемым внешним видом собеседника. К концу беседы я была выжата как лимон. Я даже не могла представить, что под маской балагура и прощелыги скрывается столь дотошный специалист по выкручиванию мозгов.

— Я ответила на все твои вопросы? Теперь могу быть свободна? От тебя? — выдохнула с огромным облегчением, чувствуя, что скоро начну новый этап своей жизни.

— Нет, — чему-то радуясь произнес мужчина. — Ты не ответила на главный вопрос.

— Это еще какой?

— Почему ты мне это все рассказываешь? Это на тебя не похоже. Ты слишком правильная.

Судя по твоему поведению, ты первым делом должна была бежать в Службу Порядка, чтобы сделать заявление и привлечь к ответственности всех, начиная от шантажиста и заканчивая тем доктором, что проводил подбор триа. А ты же ведешь себя совершенно иначе. Что наводит меня на мысли о твоей двуликости.

— Что ты такое говоришь? — возмутилась в ответ. Я надеялась, что в этот миг ничего не выдало мое нервозного состояния, а в первую очередь я не покраснела как маков цвет. Ведь мужчина попал точно в цель. — Мне просто тебя стало жалко. Все же мы не чужие. И я собиралась завести от тебя ребенка. А это для меня значит очень много.

— Так в чем же дело? Я всегда «за», куколка, — слащаво-приторным тоном произнес Азарий.

Вновь вернулась на свое место маска прожигателя жизни, бездумно идущего по своему пути.

Вот только в глубине глаз я видела совершенно иного лина, сильного, властного, заставляющего склоняться перед его властью. Впервые мне стало жутко находиться в присутствии мужчины. Он страшил меня только тем, на что был способен.

От более объемного ответа меня спас вызов, прозвучавший на браслете. Я бросила взгляд на него и не раздумывая соединилась с абонентом.

— Ревекка, ты? — услышала до боли знакомый голос.

Я настолько была рада ее услышать, что даже забыла о необходимости обижаться.

— Да, мама. Это я.

Даже сквозь пространство я ощутила волну теплоты исходившей от родного человека. Мне захотелось ее обнять, поцеловать, прижаться. А еще больше мне хотелось стать маленькой девочкой, которую любят, холят и лелеют и у которой нет других проблем, кроме как выбора цвета заколки для волос.

— Ты можешь говорить? — мама никогда не забывала о конфиденциальности.

— Немного нет, — ответила, взглянув на зеленоглазого мужчину, с интересом взиравшего на меня.

— Я могу уйти в другую комнату, — внезапно произнес Азарий.

— Ты не одна? — услышала я от родительницы.

— Да. Тут мой партнер. Бывший партнер, — поправила я себя.

— Детка, ни какой не бывший, — опроверг мое заявление мужчина.

— Ревекка, ты решила поменять триа? — услышала я от матушки.

— Да. У меня оно распалось, — пришлось признаться в очевидном. Мне было как-то не совсем удобно признаваться в том, что я сама, собственными руками разрушила идеально подобранное триа. Хотя, сейчас я уже сомневалась в его идеальности.