Хорошо быть игровым персонажем - каким бы уставшим ни было тело, обычные действия удавались на славу. Это я к чему? Через стену удалось перевернуться без особых проблем, а приземление так и вообще вышло мягким.

И только опустившись на землю, и собравшись куда-то бежать в поисках укрытия, я заметил, как сменился значок территории.

– Какой интересный экземпляр. Идем, Сородич, я предоставлю тебе убежище на сегодняшний рассвет, - недалеко от моего носа, в шикарных кожаных туфлях, стоял позитивный толстячок, совершенно не скрывающий клыкастой улыбки.

– В моей голове образ серебряного волка... ты тоже видишь его?

– Малкавиан? Следующие ночи перестают быть томными.

Вычитки в этот раз не проводил вообще, то есть совсем, ни разу. Уж больно "веселой" выдалась неделя. Для тех кто читает и некроманта - до 18 часов обновлю и его. Всем хороших выходных!)

– Сородич, значит ты выполнял задание Лакруа и попал в...хм...сложную ситуацию?
– мой собеседник, а по совместительству и спаситель, был просто шаблоном идеальности. И только по тону его можно было догадаться, что вампир тонко издевается.

Но вернемся к моему собеседнику.

Довольно высокий, с правильными чертами лица, отлично подошедшими бы для Вентру, он то и дело трусил волнистой гривой каштановых волос. В общем настоящий красавчик - даже его аватар выглядел куда лучше прорисованным, нежели все встреченные мною ранее. Ну разве что Лакруа и весельчак Джек были такими же.

Облаченный в тонкие черные брюки и салатовую рубашку, он мог бы легко сойти за какого-нибудь лорда. Впрочем, если прожил лет пятьсот, то в этом нет ничего удивительного.

– Ночь свела меня с детьми Сифа и молодым люпином, - удивительно, но на трех, поправка, уже двух пунктах Витэ, я говорил еще довольно связно. И мне начинает казаться, что так даже лучше, чем при полной шкале.

Вот только можно ли доверять своему разуму, учитывая все обстоятельства? Обострившееся безумие, подступающая Жажда и постоянный риск впасть в Ротштрек. И это только что, что сразу приходит на ум.

– Ооо, я слышал в наших лесах появилось новое племя, - тореадор сочувственно покачал головой, и едва ли не пустил слезу. Да только все это было насквозь фальшивым.
– Сочувствую я тем собратьям, что так и не обзавелись убежищем.

Но я четко видел его взгляд, и, наверное, даже отношение ко мне - оранжевый с редкими и мелкими вспышками алого нимб, висел над его головой и был виден только одному немертвому из целой толпы.

Впрочем, ведь остальные были его слугами и помощниками. А значит, им либо нет до меня дела, либо они подобно своему хозяину, испытывают неприязнь.

Вот только вызвана ли эта неприязнь лично ко мне или тут собрались все вампиры, боящиеся и заодно презирающие Малков?! Не приятное место.

– Воля князя гонит нас в ночи, - туманный ответ, но опять же вполне понятный. Уж не таиться ли в этом какая-нибудь загадка? Например, рядом со мной есть неучтенный игрок...

– Да, Лакруа не сидит сложа руки... а еще, я слышал, что совсем недавно смертные тракторами снесли особняк некой Тиффани, - тут красавчик повернулся в мою сторону и очень пристально посмотрел, позволив себе легкую, в чем-то презрительную усмешку.

А взгляд может быть был не совсем простым, и тореадор применил какую-либо Дисциплину.

Да только толку? Мало того, что под дебафом Жажды, любой вампир мало адекватен, так тут еще и безумие Малкова. Нет, воспользуйся он «Прозрением» многого не узнает, а «Доминирования» чтобы тупо приказать говорить правду у него не найдется. Не должно найтись.

– Пусть буден она спокойна в своем посмертии, - миг нормальности прошел, и вот перед моим взором поплыли разноцветные круги. А ведь я чего-то подобного и ожидал, честное слово.

– Ты интересный собеседник, как, впрочем, и все Малкавиане, - тореадор немного подумал, и махнул рукой одному из слуг.
– Принеси нам вина с третьей полки.

Слуга коротко поклонился, а я наконец смог осмотреть место куда был приглашён сразу после пробуждения.

Гостиная, самое малое, выглядела шикарной. Обставленная кем-то явно знающим толк в своем деле и не лишенном чувством прекрасного, она поражала воображение богатством и одновременно чувством меры. Такое действительно, только у тореадоров и можно было встретить.

Мы с вампиром сидели в креслах, очень старых и массивных, в самом нутре которых чувствовался некий подвох... Но мне было не до загадок мебели. Когда мерещатся призраки, а вазы с цветами так и норовят отрастить лапки и сбежать, думать о приземленном совсем не выходит.

– Эта мебель... она пахнет прахом поколений, - вот ведь! Судя по всему, кресла заинтересовали меня несколько больше, чем можно было подумать.

– А ты не только видишь больше других, но и чувствуешь, - тореадор немного поиграл мимикой лица, словно перекатывая во рту следующую фразу, просившуюся наружу, но так ничего и не сказал.