– Я думал, ты там уснул, – «подколол» я вернувшегося товарища.

– Да там тема такая получилась, – начал оправдываться Колян. – Я когда туалет искал, не по той лестнице в подвал пошёл, толком не спустился, а мне навстречу чувак в майке, весь забитый портачками. Наехал на меня, типа, чего я там делаю. Я сказал, что сортир ищу, он меня проводил к другой лестнице. И постоянно оглядывался в сторону той, куда я чуть не спустился. Реально не здоровая тема. Не знаю, где твоя подруга, но кабак мутный. Надо официанта твоего волосатого расспросить, что у них там в подвале? Может притон, или бордель?

– Не будем мы волосатого ждать! Сядь за руль и заведи машину! Я быстро!

Я не понял, что это было. Словно мозг пронзило острой стрелой. Время будто остановилось, в ушах зазвенело. Кровь закипела, сердце забарабанило как перфоратор. Словно находясь в каком-то сне, я взял биту и быстро пошёл в сторону «Дубка». Охранники, было, хотели меня о чём-то спросить, и я даже догадываюсь, о чём, но оба рухнули на землю. Один со сломанной ключицей, другой с разбитой головой. Я быстро вбежал в помещение и направился к бару. Увидев меня, официант Стёпа, резко достал что-то из-под стойки и начал протягивать это в мою сторону. То был или травмат, или настоящий ствол, разглядеть я не успел, так как удар биты обрушился на не выпрямившуюся руку и пришёлся на локоть, Степан вскрикнул, я и его понимаю, было больно. И ещё больнее стало сразу же после этого, когда бита чиркнула по голове бармена. Удар пришёлся вскользь, но и этого хватило. На пару секунд Степан дезориентировался. Я быстро запихал биту за пояс брюк, со стороны спины, пусть неудобно, но руки мне были нужны свободными обе. После чего одной рукой я схватил бармена за волосы, а другой сделал небольшой надрез у него на щеке ножом для стейка, подхваченным по пути с одного из столов.

– Веришь, что могу зарезать? – прорычал я ему в самое ухо.

– Да! – заорал в ответ Степан.

– Веди меня к ней!

В этот момент перед моими глазами появилась надпись, которая видимо, по мнению Системы, должна была меня очень обрадовать:

ВЫ СЛОМИЛИ СОПРОТИВЛЕНИЕ ПРОТИВНИКА И ЗАВЛАДЕЛИ ИНИЦИАТИВОЙ! ЗА УДАЧНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ВАМ НАЧИСЛЕНО: 3 ОЧКА ХАРАКТЕРИСТИК. ПОВЫШЕНЫ НАВЫКИ: РУКОПАШНЫЙ БОЙ +3, ЛИДЕРСТВО +2. ПОВЫШЕНЫ ХАРАКТЕРИСТИКИ: УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ +5, ЯРОСТЬ +4, ЦЕЛЕУСТРЕМЛЁННОСТЬ +2

Ничего так, душевно отсыпала, спасибо! Причём, я так до сих пор и не понял, по какому принципу Система определяла, какие драки считать игровыми, а какие бытовыми? Вот почему, когда я бил Костю и прострелил ему колено, Система не обратила на это внимания, а сейчас таких приятных плюшек накидала? Может, это было связано с тем, что сейчас я действовал в рамках выполнения квеста? Возможно и так. В общем, разбираться ещё и разбираться. Но не в данную минуту.

– Не сейчас! – крикнул я Системе, имея в виду, что мне не до надписей.

– А когда? – испуганно переспросил Степан, думая, что я обращался к нему.

– Сейчас! Быстро! – заорал я на него.

Ничего не понимая, бармен осторожно взял связку ключей с полки. Он оказался смышлёным парнем и дурочку валять не стал. Под неодобрительные взгляды посетителей и охраны мы пошли к лестнице, ведущей в подвал. Нож я спустил от щеки к шее и далеко от неё не убирал.

Стёпа трясущимися руками открыл замок и отворил дверь. Я протолкнул его внутрь, отбросил нож и, быстро выхватив из-за пояса биту, врезал ею по Стёпиной макушке. Рухнул паренёк как мешок с картошкой – громко и внушительно. Я видимо немного перестарался с ударом, хотел лишь немного оглушить, но вырубил полностью. Но раз Система не выдала никаких бонусов за первое убийство в Игре, то, скорее всего, Стёпа был жив. Я перешагнул через него и огляделся. Мы находились в большой подсобке, освещённой слабой лампочкой. В самом углу комнаты, на полу, на куче какого-то тряпья, прикованная наручниками к стеллажной стойке сидела Катя. Она молча смотрела на меня. Меня поразил её взгляд. В нём не было страха. Была усталость, злость, боль, но не было ни капельки страха. Я подскочил к ней, припал на одно колено и обнял её. Хрупкая девушка прижалась ко мне всем телом, будто я был самым близким для неё человеком. А ведь в данный момент так оно и было.

– Ты как? – я посмотрел Кате прямо в глаза. – Что он с тобой делал?

– Пока ничего не успел, повезло, – спокойно ответила девушка и уточнила. – Ему повезло. Ждал урод. Сломать хотел меня сначала морально.

Мне казалось, что она вот-вот разрыдается, а она неожиданно улыбнулась.

– И не такие пытались, и обломались.

И всё же она заплакала. Какая бы она ни была суровая выпускница школы диверсантов, но по сути это была молодая хрупкая девушка, которая на секунду позволила себе забыть, кто она и где она, и просто расплакалась, почувствовав себя защищённой. Но это были всё же слёзы радости, а не слёзы страха. Я обнимал Катю, вытирал её слёзы, гладил её по волосам и прижимал так, словно её кто-то хотел у меня забрать.

И самое ужасное, я не удержался и посмотрел на её статы. Ну что я мог поделать против своей мужской натуры? Причём, учитывая, что я ещё не отошёл от пережитой мною потери Ольги, и вообще не известно было, когда я от неё отойду, у меня и в мыслях не могло быть что-то там «мутить» с Катей. Мне просто стало любопытно: мой, чего уж скромничать, геройский поступок хоть на каплю изменил её отношение ко мне?

Лучше бы не смотрел. Уровень влечения ко мне – минус один. Кремень, а не девка. Да уж, если на своего друга и освободителя реакция минусовая, то Стёпе даже с его стильными татуировками вообще ничего не светило. Просто без вариантов.

Со своей секундной слабостью Катя справилась быстро, небольшой запас слёз закончился менее чем за минуту. И на меня опять смотрели, пусть немного покрасневшие, но такие же бесстрашные, умные и немного злые глаза.

– У него на связке ключи от наручников! – сказала Катя, предугадав мой вопрос.

Я поднял с пола связку ключей, быстро нашёл нужный и освободил свою подругу.

– Идти сможешь?

– Конечно! – ответила Катя, разминая ноги и спину.

Только вот как нам было выйти и не оказаться в западне? Явно, ни охрана, ни возможные друзья бармена, просто так это дело не оставили. И неизвестно, что нам ждало снаружи. Тишина из-за двери меня обмануть не могла. Там нас однозначно поджидали. И ни бита, ни нож от стейка справиться с толпой мне не помогут, тем более, если нас встретят на тесной лестнице.