Вертолёт прибыл довольно быстро. Мы погрузились и вылетели в Питер. По прилёту Ольгу прямиком отправили в больницу на операцию, а меня доставили в уже знакомую мне тюрьму. Таким образом, мой побег из неё продлился меньше недели. Да уж, не круто. Надеюсь, Катя мой рекорд побьёт намного. Лишь бы дурью не маялась и завтра в двенадцать выдвинулась в этот свой долбаный Свободный Город.

Мне даже показалось, что меня поместили в ту же камеру. Пользуясь тем, что сокамерников не было, я решил прилечь на нары и немного вздремнуть. Стресс вымотал меня, а впереди ждало неизвестно что. Силы в такой ситуации пригодятся.

Однако, это оказалось не так просто, из головы не выходили мысли об Ольге. Я встал и прошёлся по камере туда-сюда. А потом появилась надпись:

КВЕСТ «СПАСТИСЬ САМОМУ И СПАСТИ СВОЮ КОМАНДУ 1» НЕ ПРОЙДЕН. ВАША КОМАНДА ЛИШИЛАСЬ ОДНОГО ИГРОКА. НАВЫК ЛИДЕРСТВА УМЕНЬШЕН НА 5, УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ УМЕНЬШЕНА НА 5

Я встал как вкопанный посередине камеры и не хотел верить полученной информации. В данный момент мне было плевать на все эти навыки и характеристики. «Ваша команда лишилась одного игрока» – эти слова пронзали посильнее самого острого клинка.

– Не успели, – сказал я негромко сам себе и сел на пол, прислонившись спиной к стене.

Внутри были пустота, чувство потери близкого человека и чувство вины за это.

Не знаю, сколько времени я так просидел, но вывел меня из этого состояния звук отпираемого замка. Я встал. На пороге камеры возникли два конвоира. Их вид окончательно вернул меня к действительности, и я впервые за последние часы подумал о себе. Пришло полное осознание того, что я влип. Причём, влип не по-детски. И как бы мне ни было жаль Ольгу, как бы ни было больно от её потери, чтобы попытаться выжить самому, надо было прекращать думать о ней. Как бы дико это ни звучало, первое, что я должен был сделать на пути к спасению, это забыть об Ольге.

– На выход! – буркнул один из конвоиров.

Я спорить не стал и вышел из камеры.

– Лицом к стене! Руки за спину! – продолжил раздавать указания конвоир.

Я стал лицом к стене и протянул назад руки, мне надели на них наручники, после чего мы проследовали на выход из блока.

Меня привели в небольшой кабинет, судя по обстановке, принадлежавший какому-то следователю. Конвоиры велели мне стоять у стены, и сами стали рядом. Так мы и простояли минут десять-пятнадцать. После чего пришёл Илья. Он был в отличном расположении и сходу отдал приказ:

– Подождите снаружи!

Конвоиры послушно покинули кабинет, а Илья плюхнулся в кресло за столом.

– Да ты садись! – сказал он мне, довольно улыбаясь. – Наручники, прости, не сниму, а вот в остальном чувствуй себя как дома! Могу кофе сделать. Хочешь?

– Спасибо, не хочу, – меня бесило его веселье, он ведь не мог не знать, что Ольга умерла.

Или он это делал специально, чтобы меня позлить? Тогда это глупо.

– Твой кабинет? – я тоже попытался усмехнуться. – Я думал, ты покруче должность занимаешь.

Илья расхохотался.

– Из моего кабинета Смольный виден, а это какого-то следака конура, даже и не знаю, чья.

Илья ещё раз с довольной ухмылкой оглядел меня, видимо моё нахождение тут в наручниках доставляло ему не малое удовольствие.

– Не важно, чей это кабинет, – продолжил он начатый разговор. – Главное, что мы встретились в нём!

– Да хер бы мы встретились, если бы Ольге не нужна была операция!

– Если бы… – он опять рассмеялся, что за мерзкая привычка. – Если бы у меня был чит к Системе, я был бы Императором Земли! Но мы исходим из того, что есть, а не из того, что было бы!

Чит к Системе. Хорошая мысль. Интересно, а он существует в природе? Нет, я, конечно, не претендую на роль Императора Земли. Я даже на роль мэра Санкт-Петербурга не претендую, но было бы не плохо иметь такую штуку.

– Спасибо за наводку, займусь на досуге поисками. А то я уже пять дней в Игре и ни одной пасхалки.

Илья проигнорировал мою не самую удачную шутку.

– За то, что ты сделал с моей машиной, я сначала хотел тебя убить! Но это было бы слишком просто! – тут он на секунду перестал улыбаться, видимо действительно мы его тогда сильно расстроили, аж не может об этом спокойно говорить.

– Да, да, я уже понял, поэтому ты решил отправить меня на точку Ч. Один раз уже проходили.

– Но сначала в коробочку! – и эта рожа снова расплылась в улыбке.

– Куда? Что ещё за коробочка? – я понял, что существует что-то похуже точки Ч, и мне это не понравилось.

– А скоро узнаешь.

Ну узнаю, так узнаю. В любом случае, если он ожидал сейчас увидеть мой испуг, то напрасно терял время.

– Я хочу проститься с Ольгой! – высказал я свою единственную и, возможно, последнюю просьбу.