Моему взгляду предстала следующая картина: Костя лежал на земле, а Катя истерично пинала его по ногам. Из-за своего страха бить человека, она не могла пнуть его по голове или в живот, но ярость её переполняла, поэтому она просто пинала его по ногам. Правда Катя не учла, что в данном случае, Костя явно предпочёл бы пинки в живот, чем по переломанным машиной ногам. Бедолага выл и катался по земле, а Катя истерично орала:

– Тварь! Крыса! Предатель!

– Да кто бы говорил! Ты сама на два фронта шакалила! – огрызался Костя.

– Заткнись, урод! – я не виновата в этом!

– Катя! Оставь его! – мне не хотелось наблюдать их разборки, когда моя девушка истекала кровью. – Олю ранили, похоже, намного серьёзней, чем в прошлый раз. Надо ехать в больницу!

– Хорошо! – ответила Катя и опять пнула Костю. – Представляешь, этот урод нас выменял на карту к Свободному Городу!

– Как это? – удивился я.

– А вот так! Оказывается, её не так-то легко получить! Кому попало не дают. Но он знал, что карта есть у Слона, и что Слон нас ищет. Вот и выменял сучёнок наши жизни на карту!

– Ну так забирай её, карту эту, и поехали быстрее!

– Не отдаёт!

– Как это не отдаёт? Совсем охренел что ли? – похоже, это стало для меня последней каплей, и я рванул в машину за Стечкиным.

Взяв пистолет, я подошёл к Косте и выстрелил ему в колено. Правда забыл, что стоит режим автоматического огня, инесколько пуль довольно кучно, расстояние-то маленькое, вошли в Костину ногу. Он взвыл ещё громче и укатился в сторону.

Я подошёл к нему, пнул в бок и громко сказал:

– Давай карту! А то следующий выстрел будет в голову! А там труп облутаю и всё равно её достану!

«Облутаю». Почему я так сказал? Не «обыщу», не «обшмонаю», а«облутаю»? Похоже, Игра сильно засела у меня в подсознании.

Костя трясущейся рукой полез в карман брюк, и достал оттуда сложенную в несколько раз бумажку и протянул её мне. После чего сразу схватился за раздробленное одной из пуль колено и вновь громко застонал. Парню было не просто больно, а очень больно. Однако, жалости к нему у меня не было ни капли. Наоборот, было острое желание его добить.

– Давай, Макс! Добивай его и поехали! Сам в больницу торопился! Чего ждёшь?– подлила масла в огонь моей ярости Катя.

Я направил пистолет в голову Косте. Бедняга не услышал Катиных слов, и он не видел того, что я делаю. Он полностью был занят своей болью. Так даже лучше. Я итак добиваю лежачего, не хватало ещё, чтобы он мне в глаза смотрел. Я прицелился. Интересно, что мне дадут за убийство врага?

Стоп! Стоп!!! СТОП!!!!!

Меня пронзило словно электричеством, как тогда в трансформаторной будке. Пронзило насквозь. В голове зазвенело и стало удивительно ясно. Словно рассудок вернулся ко мне после сеанса гипноза. Меня только что интересовало, что мне дадут за убийство! Я только что собирался убить человека за какие-то грёбаные очки характеристик или развития! И даже Ольга тут не причём. Если бы я хотел отомстить за Ольгу, я убил бы его сразу же, как только выскочил из машины. А я хотел убить его ради экспы! Долбаная Игра! А ведь я и не играл ещё толком, но она уже правит моими инстинктами. А что будет дальше? Я представляю теперь, что из себя на самом деле представляют те же Илья и Артур, которые в Игре давно.

Нет, я не палач и не убийца. И никакая Игра, ни какая Система меня таким не сделают. По крайней мере, я буду этому противиться изо всех сил.

– Гнида! – я смачно плюнул на валяющегося на земле Костю и выстрелил в землю возле него.

Костя затих в ожидании неизбежной расправы. Я решил постоять так несколько секунд, чтобы предатель прочувствовал ситуацию по полной. Костя заплакал, громко, навзрыд. И, похоже, что обмочился. Пожалуй, с него хватит, да и каждая секунда была на вес золота.

 – Не буду себе карму портить. Надеюсь, сам сдохнешь!

Я быстро пошёл к машине и сел на заднее сиденье, Катя сразу же рванула с места.

– Куда? В Тихвин? – спросила она, набирая скорость.

– Даже не знаю. Рана, судя по всему, тяжелая. До Питера далеко, можем не… – я запнулся, чуть не сказав вслух лишнего. – Давай в Тихвин!

Катя сконцентрировалась на дороге, а я посмотрел на Ольгу. Она лежала, закрыв глаза, и тихонько стонала.

– Потерпи, родная. Ты уж прости, опять я тебя подставил, – я был готов сожрать сам себя от понимания того, что всё, что происходило с Ольгой, происходило из-за меня. – Потерпи, любимая моя, моя хорошая, скоро будем в больнице.

Ольга открыла глаза и попыталась немного повернуться. Ей стало больно, она застонала чуть сильнее, а боль отразилась жуткой гримасой на её красивом лице.

– Надо было выпить, – прошептала она. – Тогда…

– Что выпить? Когда? – я не понимал, о чём она говорит. – Ты пить хочешь?

– Тогда. Когда она предложила тост… за то, чтобы нас не убили... я не выпила…. а надо было… выпить…

Ольга закрыла глаза и затихла.