Проснулась та, когда мы вошли к ней в спальню. Каюта была старпомовская, из двух комнат, гостиной и спальни, вот через гостиную и прошли в спальню. Та от шороха двери, хотя он едва слышен был, дёрнулась и села.

– Ой, это племянница да?
– сразу сонным голосом спросила та, протирая глаза.

Дочка задёргала ногами, и я опустил её на пол. Та осторожно, как будто ей тут ничего и не нужно подошла к постели, и проведя пальцем по покрывалу, сделав сложный рисунок, не уверенно спросила:

– Вы моя тётя?

– Хм, ну вот и хандра прошла, - хмыкнул я.

***

– Ну что, готов?
– также раздеваясь, спросил я у Антона.
– Поторопись, до активации портала осталось меньше минуты.

– То, что на ветку Земли уходим, я в курсе, - быстро раздеваясь, пробормотал тот.
– А в какой год?

– В самый подходящий. Тебе понравится. Специально подбирал, из всех каналов этот на мой взгляд самый интересный. Любимое время разных альтернативщиков.

– Сорок первый что ли?
– передавая мне ком одежды, чтобы я убрал в За Пазуху и ботинки, пытался угадать программист.

– Почему сразу сорок первый? Что это за стереотипы? Мы в тысяча девятьсот сорок первый отправляемся. Не смотри так на меня, шучу я… Всё, канал сработал, за мной!

Быстро пробежав канал, я сделал шаг в сторону схватив несущегося мимо Антона за руку, останавливая его. Передо мной стоял вихрастый высокий паренёк что растерянно улыбался, осматривая себя и округу.

– Не спеши, всё, мы на месте.

– Хм, лето, - осматриваясь, пробормотал тот более тонким голосом.
– Точно не сорок первый? Очень местность белорусские земли напоминает. Приходилось бывать.

– Они и есть.

Достав два комплекта формы и нательного белья, я протянул один Антону и стал спокойно одеваться. Форма была наших размеров, свой я знал, а Антону подобрал на глазок.

– Ладно, не томи, я уже весь извёлся от нетерпения. Что за квест выбрал?

– Даю намёк. Через три дня Нахимов погибнет.

– Крымская что ли?.. Так-так-так, Нахимов помниться погибнет в пятьдесят пятом году, да ещё летом. Июль?

– Сейчас да. А погибнет он тридцатого июня по местному времени и двенадцатого июля по-нашему.

– Так сегодня девятое значит.

– Ага, утро если по солнцу судить. Ты закончил? Давай, броник получай и оружие.

Экипировались мы по серьёзному, форма из старой партии «Флора», бронники поверх, каски-сферы. «АКМы», «Стечкины», по десятку гранат, у Антона «РПГ», я нёс сумку с запасными гранатами. Разгрузки набиты боезапасом. Попрыгав и поправив амуницию, мы подошли к челноку которой я вызвал из За Пазухи, и прошли на его борт.

– Я не понял, чего мы так экипировались как будто до Крыма пешком пойдём по вражеским территориям, а не мигом домчимся до полуострова?

– А что бы было. Мало ли что.

– Ну-да, узнаю хомяка что сейчас в кресле пилота челнока устроился. И вообще ты же обещал, что будет практика в боевом применении магии. Я готов, аж руки чешутся.

– Чтобы тебя до нормального уровня подучить, пришлось задержатся ещё на пятнадцать дней, видишь, через канал перешли не через десять дней, а через двадцать пять. Вот, мне ещё двадцать дней, и отправляемся в Империю.

– Кстати, я не понял, а что, Бородины тоже все идут?

– Да, уговорили. Не хотят с внуками расставаться. Тем более вот генерала со службы уволили. В общем, сделали так чтобы сам ушёл. Сейчас все Бородины на лайнере живут, с моими родственниками перезнакомились, уже как свои стали. Оказались нормальными, сам же с ними общаешься, без заскоков. Генерал во внуке души не чает, начал из него мужчину воспитывать своими методами, как будто я сам не справляюсь.

– Да, ни чё так. Но тебе то что печалиться, это ты прохлаждался, а я вон из капсулы не вылезал, зато гипнограммы бытовика, погодника и боевика полностью выучил, да ещё лекаря и артефактора до третьего уровня, последнего всего четыре процента не успел до четвёртого.

– Я прохлаждался?! Ты президента видел?! Как с ним переговоры вести?! После таких встреч выжатым как лимон себя чувствую. Обещал оборону в системе возвести и передать управление России. Я правда там так нахимичу, что иностранных специалистов не будет. Есть одна идея. А вообще, как эти дни прошли, даже вспоминать не хочется. Одна радость, родители помолодели до сорока лет, бабушка вон как отплясывала на день рождении Киры с Алисой. Все согласны со мной уйти, уговорил. Знал бы ты сколько на это сил ушло. Внуками шантажировал, но уговорил, привыкли они к ним, постоянно вместе время проводят.