Дара и Гер переглянулись, как будто желая удостовериться, что эта пуля никого не задела.

Дальше происходило то, что Дара не могла себе представить и в страшном сне. Их машина на нереальной скорости неслась в темноте по дороге, и по ним стреляли. Это она слышала по неприятному металлическому звуку. Гер вел уверенно, то набирая скорость, то уходя в сторону. Даре было страшно от всего: от скорости, от удара пуль по обшивке машины, оттого, что их преследовали. Кто эти люди и чего они хотят, она не знала. Одно она знала точно: попасться им означает смерть. Ей стало еще страшнее, и она закрыла глаза. Так хоть мелькания дороги не видно.

В очередной раз бросив взгляд на сидящую рядом девушку, Гер увидел, как она вся сжалась и закрыла глаза. Он взял из ее рук пистолет, понимая, что она напугана и оружие в ее руках сейчас явно лишнее. Дара вздрогнула, но промолчала. Ее пальчики судорожно вцепились в ручку двери.

— Не бойся, — Гер захотел ей это сказать, — все будет хорошо.

Она лишь бросила на него быстрый взгляд и опять зажмурилась. Гер понимал, что все происходящее для нее слишком ужасно. Это он привык к такому. Сколько раз все это было в его жизни… Только вот сейчас у него уже не тот возраст, чтобы так попасться. Но об этом он подумает позже. Обо всем подумает — и о своих предчувствиях, и о Савелии, и о Даре… Почему она оказалась здесь? Нехорошая мысль закралась в подсознание. Дара… неужели она стала его слабостью? Ведь он при виде нее потерял связь с реальностью, и потом прозвучал выстрел. Только чудо спало его, или предчувствие. Если бы он не шагнул назад, пуля прошила бы сердце, а так — прошла по касательной, немного задев. Неужели Савелий, его день рождения, Дара и он — это совпадение…

Гер не верил в совпадения. Но сейчас у него не было времени думать об этом.

Выжимая максимум из огромного джипа, он гнал по ночным подмосковным дорогам. Его спасение было не в скорости, а в плохой дороге. Хорошо, что он запрыгнул именно в этот джип. Его преследователи были на легковых машинах. У них было преимущество в скорости и маневренности, а у него — в проходимости. И Гер свернул на проселочную дорогу. Их джип стало трясти и подкидывать на ухабах и кочках. Его преследователи старались держать темп, но постепенно свет от фар их машин был все дальше и дальше.

Не снижая скорости, Гер свернул на еще более тряскую дорогу.

Даре казалось, их машина просто рассыпается на куски, так их трясло и бросало из стороны в сторону. Когда машина остановилась, она открыла глаза.

— Выходи, — произнес Гер, отстегивая ее ремень безопасности. — Нужно скорее уйти от машины, пока они не догнали нас.

Обойдя джип, Гер схватил Дару за руку и потащил за собой в лес. Спотыкаясь о корни и путаясь в юбке, девушка шла за ним. Она не спрашивала и не задавала вопросов. И так все было понятно — нужно бежать. Лес их спасет, а вот машина — нет. Ее найдут те, кто их преследует. Значит, нужно скорее уйти как можно дальше от машины. Сейчас ночь, темно, лес скроет их от преследователей.

Когда начали стрелять, Ковало рванул к Полонскому, но его сбили с ног, и завязалась драка. Освещение погасло, и он, победив тех, кто удерживал его, попытался найти Гера. Да только в темноте, среди постоянно мечущихся людей, криков и выстрелов сложно найти кого-либо. То, что Полонский жив и ему удалось выбраться, Ковало увидел по пришедшему сообщению. Телефон мигал, и, нажав на карту, Ковало увидел передвигающуюся точку. Это значило, что Гер активировал передатчик в своем телефоне, и что он жив. Ехать за ним Ковало сразу не смог. Он сам еле выбрался из этой заварушки, еще и своих людей пришлось выручать. Хотя с другой стороны, Ковало понимал, что за Гером не нужно ехать. Привести к Полонскому тех, кто хочет убить его, — это не вариант. Гер сможет уйти от погони, Ковало в этом не сомневался, не впервой. Значит, ему нужно разобраться в происходящем и только потом ехать за Гером, точно убедившись, что его никто не отследил.

Сейчас было намного важнее понять, кто заказчик. Хотя заказчика Ковало и так знал — это далекий обиженный африканский царек. Видно, он не пережил обиду, и первого покушения ему было мало. Наверное, решил объединить усилия в своей мести с теми, кому Полонский мешает. Свой враг намного страшнее далекого заграничного. Значит, сейчас Ковало нужно понять, кто вступил в сговор с африканцами, чтобы устранить Полонского.

Картина происходящего пока была слишком сумбурна. Савелий и его день рождения — это случайность или нет? Хотя Ковало не верил в случайности. Тогда вопрос — Савелий в курсе всего или его днем рождения воспользовались? И еще один вопрос, на который Ковало хотел найти ответ, — цыганка… Почему она здесь? Совпадение? Нет, она здесь неслучайно. Неужели она замешана во все этом? Ковало хотел, чтобы это было не так. Иначе ее судьба предрешена. Таких вещей Ковало не прощает. Если она с их врагами, — пощады ей не будет.

По лесу они шли долго. Гер не выпускал ее руки из своей, и Дара шла за ним. Думать и осмысливать происходящее было некогда. В темноте нужно пытаться разглядеть попадающиеся под ноги корешки и пеньки, чтобы не споткнуться. Хорошо, луна изредка выглядывала из-за тучек на ночном небе, и идти становилось проще.

Когда Гер резко остановился, Дара налетела на него и замерла. Гер не отстранился, тоже замер, казалось, что он и не заметил, как она прижимается к нему. Он повернулся и заглянул ей в глаза. Даре показалось, он ищет в них ответ. Но на какой вопрос? Их странные отношения, которые таковыми и не назовешь, пронизаны вопросами, на которые нет ответов. Так что сейчас Гер хочет узнать у нее?

Чувствуя близость ее тела, Гер замер. После всего произошедшего, он только сейчас выдохнул, понимая, что ему удалось уйти от преследователей. Он жив и практически здоров, и теперь нужно думать, что делать дальше. Только близость стоящей рядом девушки доставала из памяти спрятанные воспоминания. Их ночь, ее страсть и его понимание, что это ложь. Потом утро и осознание этого. И вот судьба опять свела их. Или это не судьба? Он не верил в судьбу и не верил в случай. Значит, на дне рождения Савелия она была неслучайно? Он искал в ее глазах ответ на свой вопрос. Неужели она была ловушкой для него? Это очевидно… Только вопрос в том — она знала это или нет? Вывод тоже очевиден: она его ненавидит и делает все, чтобы ему отомстить. Значит, она знала, для чего она на этом празднике. Гер отвернулся. Ему было больно от понимания всей картины происходящего. Он заставил себя ничем не выдать своих догадок. Видно, все-таки ее присутствие здесь и сейчас не входило в их планы. Тогда нужно пережить эту ночь, а дальше он решит, что с ней делать.