Шрифт:
Лилия ушла.
– Меня, Савва звать, - улёгся он на бок, развернувшись ко мне лицом.
Я наморщила лоб.
– Савва? Что за имя такое странное?
– Мой папа чистокровный еврей и по совместительству редкостный болван, - устало сказал он, как будто это должно мне о чем-то говорить. – А тебя как зовут?
– Зачем тебе знать его? – усмехнулась я. – Ты все равно не запомнишь и то, как беситься Лиля, тому доказательство.
– А ты попробуй, - улыбнулся он. – Ты не можешь утверждать это, пока не убедишься полностью. А убедишься ты только тогда, когда скажешь мне то, что я прошу. Ну, а когда я узнаю то, что ты мне скажешь, тогда ты поймёшь, как была неправа.
– Сам понял, что сказал? – посмеялась я. – Соня. Меня зовут, Соня.
– Тоня…- протянул он. – Отличное имя. У меня подругу так звали, только вот …
– Эй!
– вставила я.
– Ты это специально, да?
Он задрал голову и рассмеялся. Мне было непривычно смеяться с кем-то. Здесь. Я уже и забыла, когда могла хохотать от души.
Парень взбил худую подушку и как ленивый кот вытянулся вдоль кровати.
– Да, шучу я, - Савва начал с интересом рассматривать потолок. – Соня, это как золотая ручка? Малышка взяла чужое, раз оказалась в этом месте?
Теперь, я отвернула голову к потолку.
– Не совсем, - сказала я. – Боюсь, я из того фильма, где Сонька убивает мужика. Случайно, но все же убивает.
Савва откашлялся.
– Да ты опасная штучка, - иронично заметил он. – С тобой надо быть поаккуратнее, а то хватит мне одной дырки в брюхе.
– А ты, что натворил? Доконал народ своей забывчивостью имён?
– Носки украл, - невозмутимо ответил Савва. Звучало как бред, но, по-моему, он это серьёзно.
– Брешишь, - фыркнула я. – За такое не сажают. И точно, сюда не отправляют.
– Так все говорят, - пожал он плечами. – Но я вру только в особенных случаях.
– А сейчас случай особенный?
– Не думаю.
Я приподнялась и обвила свои колени руками.
– С какого ты сектора?
– Сектора? Мне не уточняли, но я определенно попаду к красавчикам.
Я закатила глаза.
– Это не так работает. Нас распределяют по возрасту. Подростки от 14 до 15 – сектор А. Сектор В., это те, кто старше.
Теперь подскочил Савва.
– А ты, в каком секторе?
– Мне пятнадцать, - сказала я. – Это сектор А. .
– И ты симпотная. Значит, я в твоём секторе. Теперь, благодаря нам, этот сектор станет самым привлекательным.
Этот парень явно не понимал, что секторы – это не подразделения кружков талантов, а часть несчастливого коллектива.
– Ты странный, - заметила я.
– Я знаю.
Знакомитесь. Дельфинёнок #6.
Ф.И.О.: Малкин Савелий Авдеевич.
Дата рождения: 19. 07. 1998г.
Приговор: исправительные работы, в воспитательной колонии «Дельфин».
Срок заключения: 2 месяца.
Статья: 158 УК РФ (Кража).
Дело: Украл носки.
– От чего лечишься? – спросил Савва, ища глазами на мне следы болезни. – Ты не похожа на раненого солдата.
– Головой ударилась, - неправдоподобно соврала я. – Не заметила дверной косяк.
– Надо быть аккуратнее, Соня, - посмеивался он.
Именно сейчас, я не хотела разочаровывать его, рассказами об этом лагерь. Я уверена, он ещё успеет самостоятельно во всем убедиться.
– Так ты расскажешь мне, что натворил на самом деле? – перевела я тему. – Хуже того, что совершила я, все равно не бывает. Так что, не стесняйся. Выкладывай.
– Я же сказал: украл носки.
– И ты думаешь, что я поверю в это? – оскорбилась я.
Савва вытянул руку указательным пальцем вперёд и стал дирижировать им в воздухе.
– Никогда не говори, что - правда, а что - нет, когда сама не уверена в этом. И если, ты все – таки решила сделать заключительный вывод, то…
Моя рука ударила себя по лбу.
– Хватит, - перебила его я. – Я все поняла. Расскажи, как это было.
Савва спустил ноги с кровати и, вытянув руки, неохотно размял спину.
– В общем, дело было так. Пришёл я в свой любимый магазин одежды, купить себе носки. Мне так были нужны именно они, такие белые, мягкие, с двумя красными полосками… Ну, ты понимаешь меня?
– Не совсем.
– Не суть, - он махнул на меня рукой. – Моих носков не было! Мерзкая и жадная продавщица сказала, что их раскупили! – его лицо стало максимально самодовольным.
– Но Савва не так прост и наивен. Я заметил эти носки в её сумке. Я узнал свои родные, по маленькому кусочку ткани, торчащему из чемодана этой лживой женщины. Я попросил её объяснить мне этот факт, и та, заявила, что отложила их для старшего сына. Для своего сына, понимаешь? Мои, мать его, любимые носки!