– Аманда? – спросил он.

Я нахмурилась.

– У меня есть право голоса?

– Ты же часть наследия?

Я чуть не расплакалась. Джек принял меня в наследие. Лидер хотел видеть меня рядом, брат хотел меня рядом с собой.

– Разве опасно оставлять его в живых? – спросила я.

– Он злой, – сказал Тревор.

– Ты этого не знаешь.

Джек поднял руки, успокаивая нас.

– Это еще обсуждается. Нам нужно понять, если он останется жить, будут ли негативные последствия для нас.

– Он может убить нас, – рявкнул Тревор.

– Или помочь нам, – заявила я.

Тревор сжал голову руками.

– Это так глупо. Давай, Джек. Будь голосом разума.

Джек – голос разума. Ха, смешно.

– Думаю, это решать Аманде, – заявил Джек. – Она может его убить. Это не наш выбор.

– Это повлияет на нас, – закричал Тревор. – Мы не победим, если он выживет.

Джек хмуро посмотрел на него.

– Это тебя волнует, Тревор? Победа?

– НЕТ! – заорал Тревор. Он указал на свою грудь. – Меня волнует наследие. Все забывают, о чем оно. Как отец отреагировал бы, если бы ты утаил сверхъестественную сущность? А?! Уверен, предкам это не понравится!

– Тревор, – начал Дастин.

– Нет. От тебя я ничего слышать не хочу.

– Плевать, – прорычал Дастин. – Можешь ненавидеть меня годами, но не Джека. Ты раньше не сомневался в нем, так почему теперь начал?

Тревор тяжело дышал, посмотрел на Джека.

– Делай, что хочешь, – буркнул он. – Я буду ждать в машине, – Тревор развернулся и пошел прочь. В нем бурлил гнев, и он пытался выпустить его по пути из театра.

– И… – сказала я. – На чем мы остановились?

– Все зависит от тебя, – ответил Джек.

Я повернулась к Исту. Он прислонялся к стене, подперев ее ногой, волосы свисали на лицо.

А потом он очаровательно улыбнулся.

– Видишь, – сказал он. – Я выиграл сделку.

Я вскинула брови.

– Что?

Он шагнул ко мне.

– Я сказал, что заставлю тебя поверить мне, и ты сказала, что я никак не смогу этого сделать, – он вскинул руки. – Я победил.

– И, – сказала я, – если я дам тебе второй шанс, Питер Ист, что ты будешь с ним делать?

Он склонил голову.

– Вряд ли твои друзья впустят меня в свои ряды, а экзотичные страны испортят мою бледную кожу загаром. Я слышал, женщинам сейчас нравятся вампиры.

Я невольно улыбнулась.

– Серьезно. Чем займешься?

– Тем, что делаю лучше всего, – сказал Ист.

– Будешь следить?

Он рассмеялся.

– Блуждать.

– Точно, – я посмотрела на него как на другого человека. Так и было для меня. Без Иста мы бы не вышли из боя целыми. Маратака теперь будет охотиться на своего наследника. Ист стал беглецом из Ада.

Он сунул руки в карманы, улыбнулся мне и сказал:

– Увидимся, Аманда. Не кисни, детка, – он подмигнул и пошел к служебному выходу.

Я повернулась к брату и Дастину. Удивительно, но они не злились на меня.

Дастин обвил рукой мои плечи. Финли встала и помогала Джеку идти.

– Это все? – сказал Джек, мы вышли из театра вместе.

Дастин взглянул на Джека.

– Проблема остается.

– Твой брат?

– Нет, – сказал Дастин. – Киллиан.

Мы переглянулись, поняли, что Киллиан все еще был в психушке. Джек утомленно потер глаза.

– Я могу тебя исцелить, – начала Финли.

– Этого не будет, сколько бы ты ни повторяла.

Финли закатила глаза.

– Ты так говоришь, будто я продаю себя тебе.

– В какой–то степени.

Финли уставилась на него, а потом толкнула в ребра. Он закашлялся, и она прижала руки к губам.

– Ой, прости. Было больно? Я не хотела.

Он поднял руку.

– Ничего. Я могу потерпеть боль.

Она закатила глаза.

– Ты просто парень, – буркнула она и пошла к машине, уже не поддерживая его.

Рот Джека открылся, он повернулся к Дастину.

– Я спас ей жизнь, и это благодарность.

– Женщины, – Дастин покачал головой.

Я стукнула его по руке, и он рассмеялся.

– Просто шучу, – сказал он мне с улыбкой.

– Что теперь? – спросила я у брата.

– Киллиан. А потом домой, – сказал Джек.

Мы вышли наружу, я вдохнула воздух и посмотрела на голубое небо, теперь уже ясное. Дастин посмотрел на нас.

– Встретимся в машине.

Огни театра потухли, черные буквы свисали с таблички. Я посмотрела на Джека, порез у его глаза еще немного кровоточил.