Тревор вскинул руки.

– Ни за что, – заявил он. – Я не буду разбираться с ее приступами. Это работа Дастина, – Тревор скрестил руки на груди.

Джек посмотрел на Дастина. Тот медленно покачал головой, говоря, что не поможет мне.

– Я не подумал, – Джек согласился с холодным решением Дастина.

Что–то взорвалось в моей голове. Я закричала, боль усиливалась.

Джек покачал головой.

– Не понимаю, – сообщил он. – Доджер, ты сказал, что она больше не будет испытывать эту боль.

– И не испытает, но ее силы еще не развились полностью. У нее будут такие приступы, пока она не овладеет способностью.

– Отлично, – буркнул Джек. Останови и поменяйся местами с Тревором. Я поведу.

Дастин стиснул зубы. Я заметила краем глаза. Он хотел что–то сказать Джеку насчет его приказа, но не стал. Что происходило? Джек околдовал его? Он угрожал Дастину или управлял им? Я не понимала резкую перемену в Дастине. Я ощущала его эмоции, во мне появились холод и тьма.

Машина остановилась у обочины. Доджер сел рядом со мной, Джек занял место за рулем. Кто–то еще видел в этом проблему, кроме меня? Джек едва мог идти, не кривясь, как он будет вести машину?

Голая спина брата прижалась к кожаному сидению. Мы поехали снова.

Доджер коснулся моего плеча, пытаясь послать эмоции в мое тело.

– Работает? – спросил мой брат.

Дастин даже не смотрел на меня. Тьма, казалось, поглощала меня, душила. Мой мир вдруг оказался пустым. И эта пустота еще никогда так не пугала.

Я закрыла уши. Даже мелкие звуки били молотами по перепонкам.

– Не похоже, – выдохнул Доджер, потирая мою спину. Он взглянул на Дастина. – Что мне делать?

Дастин покачал головой, сунул кулак под челюсть.

– Не знаю, – буркнул он.

Джек посмотрел на Дастина.

– Помоги ей, – потребовал он, не желая видеть мои мучения от боли.

Дастин стиснул зубы.

– Я не могу.

Джек вздрогнул и сжал руль, мы ехали дальше. Я пыталась думать о небе. Лиловый цвет стал смешиваться с темно–синим. Вскоре нас окружит тьма, которую я ощущала в себе.

Дастин посмотрел на коврик машины. Его разум был где–то еще, и когда он поднял голову, я поняла, что он читал мысли моего брата.

– Я убил бы ее, – ответил Дастин мертвым голосом.

Джек покачал головой.

– Ты уже так делал.

– Почему в этот раз ее это убьет? – спросил Доджер, прижимая ладонь к моей спине. Его эмоции даже не мелькали в моей голове. Я знала, почему. Я любила не Доджера, а Дастина.

Ничего. В теле Дастина не было никаких эмоций от моих слов. Он пропал.

– Потому что, – сказал Дастин, – я и причиняю ей боль, – он холодно посмотрел на Джека, словно говоря, что он был причиной этой пытки.

И я поняла. Но нельзя так думать. Слезы наполнили мои глаза. Я ощущала, что меня использовали. Все это время я верила, что он любил меня. Те его слова ничего не значили. Эмоции говорили правду, а не мысли, слова или действия. Эмоции. Потому что в конце чувства скрыть не удавалось. И я ощущала сейчас только боль и печаль в бездне. Не любовь. Даже ни следа жизни. Я была использована. Я открыла сердце лишь раз, и его растоптали.

Дастин не повернулся ко мне. Боль в нем усилилась. Физическая боль скрывала его эмоциональную боль, хоть я сомневалась, что она там была.

Джек повернул машину на другую улицу, я ее не видела раньше. Наверное, мы проехали уже пару часов.

– Дастин, – выдохнул Джек, пытаясь подавить гнев. – Прошу как друга. Помоги моей сестре.

– Ты не помнишь? – едко сказал Дастин. – Мы не друзья.

– Помоги ей! Умоляю, Дастин.

– Я не могу! – завопил Дастин. – Почему нельзя это понять?! Я не могу защитить ее. Не могу помочь ей. И я не смогу быть с ней.

Я отвернулась от него, стараясь не заплакать. Я едва дышала. Я ударилась о сидение Джека, пытаясь вдохнуть. Что это было? Сердце разбилось? Боль от потери любимого?

Я словно умирала.

Доджер прижал быстро ладонь к моему бедру. Его эмоции были вдали, эмоции Дастина душили меня.

А потом произошло что–то странное. Дастин глубоко вдохнул, и все эмоции пропали. Даже его боль. Он был будто полудемоном, бездушным существом без эмоций.

Боль прекратилась, я вдохнула, воздух заполнил мои легкие.

– Лучше? – Доджер думал, что мне помогли его эмоции. Конечно, я ощущала его тревогу из–за хаоса и тепло. Я медленно отклонилась, его ладонь все еще лежала на моей ноге.