Когда Маша ушла в сторону небольшой постройки, разместившейся прямо в огромном зале, Виттман подошел ко мне и тихонько шепнул:

— Господин Кольцов, у вас весьма интересные вопросы. Сам я, когда увидел подобных девушек, был просто в шоке и ошарашенно думал: «Как так?», а вы сразу зрите в суть.

— Просто хочу разобраться, не люблю что-либо зазубривать — проще просто понять суть, и от этого рассуждать далее, господин Майер.

Одобрительно кивнув, мужчина жестом предложил отойти подальше.

— Подход хороший, но, знаете, не все вопросы будут уместны, не находите? — сказал Виттман, улыбнувшись уголком рта. — Думаю, если парочку зададите лично мне, будет всяко лучше.

— А… наверное. Почему именно девы?

— Отлично, — вновь закивав, преподаватель размял пальцы. — Да, это очевидно, но и странно. Издавна считалось, что женщины обладают большей выносливостью, но я считаю, что суть в другом — фантомы к мужчинам более предвзяты. Официальной причиной является принцип имплантации ядра — в чем-то он схож с искусственным оплодотворением, за счет чего инородное вещество встраивается в репродуктивные органы. Раз могут создать жизнь, могут принести и смерть, — философски изрек Виттман.

— Эм, получается… Беременны фанто…

— Ох, молодой человек, эдак вы завернули. Простая имплантация, у нас тут все — прекрасные юные леди, что вы себе там надумали? — строго сказал мужчина, но, судя по глазам, он наверняка сейчас посмеивался. — Главное: у мужчин ядро отторгается, да и молоденькие девушки не смогут познать счастье материнства…

— Но все ведь из богатых семей, как же так? Хотя…

— Да, думаю, вы правильно подумали, господин Кольцов. Если когда-то давно дворяне и выдавали своих дочерей в надежде, например, наладить отношения, то с текущей ситуацией девушек слишком много. Вот и приходится столь юным и невинным созданиям становиться машинами смерти, чтобы стать полезнее для своих Семей.

— М-да… А что насчет одежды? — решил уйти я от щекотливой темы, поскольку Виттман, похоже, вспомнил свою жену, судя по тому, как резко он стал грустным.

— А что с ней? — искренне удивился немец.

— Мало ее.

— А, на этот вопрос Мику-сан вам уже ответила, — с важным видом сказал препод, подняв вверх указательный палец. — Соответствие образу. Фантомы считают облегающую одежду частью тела человека, а излишки сбивают общий контур и понижают эффективность. Концентрирующих линий, как в тренировочных перчатках, обычно достаточно для усиления контроля над ядром. Да и повышенный обмен веществ во время использования обвеса требует хотя бы воздушного охлаждения, для чего обнаженной кожи чаще всего вполне хватает.

Хм, вот даже как. Представляю, если бы Маша заявилась, в чем мать родила. Даже слишком хорошо представляю! А с одеждой всегда интересная ситуация, ни разу не слышал, чтобы кого-то вдруг прикончили шмотками, хотя, казалось бы, для агрессивных детранков подобные вещи — ближе всего. Скорее всего про нее обычно просто забывают.

Поблагодарив Виттмана, я вместе с остальными прошел в небольшой Куб, похожий на тот, что был на стадионе. Он располагался чуть дальше металлической конструкции с обвесом и был напротив пристройки, в которой исчезла Маша. Неподалеку из пола появились большие мишени — простенькие круглые диски на треногах с размеченными на них окружностями. Разговоры постепенно затихли, после чего наконец-то появилась Маша: в обеих руках у нее были большие серебристые контейнеры, содержимое которых я мог угадать по дымчатым очертаниям.

Остановившись, девушка положила один из контейнеров на пол и, щелкнув замками, извлекла из него пулемет Калашникова, если не ошибаюсь, который тут же разместила у себя на плече — с приятным щелчком оружие встало на место, после чего девушка использовала свою бронированную перчатку для того, чтобы двигать стволом из стороны в сторону. Мне кажется, я даже дышать перестал! Наверное, так себя чувствует какой-нибудь исследователь, наконец-то нашедший редкий вид животного, который он так долго выслеживал! Вид Маши со снаряжением был чарующим, пугающим и воодушевляющим одновременно, да и она сама отбросила в сторону смущение, с серьезным личиком открывая второй контейнер.

В нем оказалась уменьшенная копия пушки Т-90, сделанная в текущем виде на манер чересчур крупной винтовки. Уверенным и ловким движением схватив оружие за рукоять, Маша дополнительно закрепила его на наруче и соединила тросиками с деталями обвеса после чего, расположив пушку параллельно полу, глянула на Виттмана.

— Огонь по готовности.

Кивнув, Маша подошла к расчерченной на полу линии. Стойки защитной стены мелко задребезжали, и, с пробирающей до внутренностей дрожью и низким гудящим звуком, основное орудие девушки выстрелило — крупный серый сгусток пронесся по залу и, попав в центр круга, размозжил одну из мишеней. Мелкая очередь низких ухающих шумов отразилась в стенах непрерывным дребезжанием, после чего наплечный пулемет выплюнул очередь мелких серых шариков, превращая в труху оставшиеся мишени.

— Отлично, Мария Сергеевна, просто отлично! — зааплодировал Виттман, и тут же к нему присоединилась Грета, да и я заодно. — Дополнительная защита рук прекрасно повысила вашу эффективность.

— Спасибо! — воспользовавшись волосами, как прикрытием, девушка все-таки осторожно глянула на меня и радостно улыбнулась. — Оставляем снаряжение?

— Да, сейчас маленько потренируемся, да в Разлом нагрянем, — пообещал преподаватель. — Фройляйн Вольф, не будете сегодня реализовывать свой неудержимый потенциал?