Поначалу я сопротивлялась, но начав успокаиваться в сауне чувствуя, как расслаблялись мускулы, пребывавшие в постоянном напряжении ещё с моей последней ночи в Стойле, я вздохнула с облегчением.

Пара восхитительных спа-пони сделали нам совершенно неземной массаж. Это были лучшие крышечки, которые я когда-либо тратила. И, по правде говоря, спа-кобыла, массажировавшая мою спину, начала меня заводить.

— Я слышала, что Флаттершай каждую неделю посещала одно из таких мест вместе с моей пра-пра-много-много-пра-тётушкой. — Призналась Вельвет Ремеди, когда спа-пони массажировала мои плечи. Я вдруг почувствовала себя очень неловко.

Позже, когда мы бездельничали в грязевой ванной, мои глаза упали на книгу, что в одиночестве лежала на столике. Из любопытства я левитировала её к себе и прочла вслух: "Принципы Правильной Речи Пони. Корректируя наши мысли, мы корректируем речь". Я открыла книгу и посмотрела на титульную страницу. Внизу маленькими буквами было написано "Официальный гид от Министерства Стиля."

Я решила позже спросить спа-пони, могу ли я купить эту книгу.

* * *

Мы возвращались в нашу комнату после самого восхитительного утра, какое у меня когда-либо было. И моё внимание было сосредоточено на недавно купленной книге, когда я столкнулась с жеребцом-владельцем сырного магазина, сбив того с ног. Моя книга упала на пол вместе с кучей коробок с сыром.

Поднявшись, я начала извиняться и предлагать помощь, и тут мой взгляд упал на его кьютимарку в виде кусочка сыра.

— Ты-ы-ы!!!

Монтерей Джек встал и, отряхиваясь от пыли, ответил:

— А. Это ты.

Невысокая серая единорожка, облачённая в изящный парадный костюм, подошла и взглянула на разбросанный сыр. Затем на нас.

— У вас тут проблема?

— Да. Этот... пони... пытался ограбить меня! После того, как я спасла ему жизнь!

На этот раз уже я устраивала скандал, но мне было всё равно. Вельвет Ремеди просто смотрела. Монтерей Джек стал собирать коробки, перевязывая их верёвкой и игнорируя меня, будто я была маленьким тявкающим зверьком.

— Это правда? — спросила серая единорожка, глядя на Монтерея.

Монтерей только фыркнул. И, закончив перевязывать коробки, левитировал их к серой единорожке в костюме.

— Извините, Хомэйдж, мне придётся вернуть вам на счёт десять процентов за ненадлежащий товарный вид.

— Да, это правда, — ответила я за бежевого единорога. Ну конечно его кьютимарка была в виде сыра. Монтерей Джек заведовал сырным магазином.

Пони-охранник в старой броне службы безопасности М.Ч.Н. и с установленным на боевом седле пулемётом направлялся к нам. Повернувшись к нему, я указала на Монтерея.

— Сэр, арестуйте этого пони.

Охранник осмотрел нас обоих снизу доверху и спросил:

— По какому обвинению?

— Попытка грабежа.

Охранник усмехнулся.

— Цены у Монтерея Джека может быть и крутые, но это с большой натяжкой.

Я покачала головой.

— Нет. Я спасла его от рейдеров, и он отплатил мне тем, что пытался меня ограбить. — И, повернувшись к Монтерею, я добавила: — Они собирались переломать тебе ноги, если я правильно помню. Может быть, мне надо было позволить им это сделать?

Охранник посмотрел на меня скептически.

— Когда это было?

Я сделала паузу, а затем дважды перепроверила даты на моём ПипБаке.

— Три недели назад. — Неужели это было всего лишь три недели? Я чувствовала, что была вне намного дольше.

— Извини, — сказал охранник наконец. — Но это всего лишь твоё слово против его. И, честно говоря, так как ты не являешься гражданином Тенпони, слово твоё ничего не значит здесь.

— Вы хотите сказать, что это ему просто сойдёт с копыт? — возмутилась я.

— Литлпип, — тихо сказала Вельвет Ремеди, успокаивающе положив копыто мне на плечо. — Оставь это в прошлом. Возможно, он и пытался ограбить тебя, но ему это не удалось.

Я столкнула её копыто и развернулась к Монтерею Джеку.

— Так значит, ты будешь просто стоять там и отрицать это, не так ли? Ну так я...

— Нет, — сказал он твёрдо.

— ...не буду... стоп. Что?

— Монтерей? — Хомэйдж смотрела на бежевого единорога, её покупки были моментально забыты. Охранник вдруг застыл.

— Я ухаживаю за двумя жеребятами и кобылкой. Я должен был добраться до дома благополучно, а ты бы только зря перевела те припасы. Ты даже не была достаточно умна, чтобы обшмонать трупы. Ты бы и неделю не прожила.

— Очевидно, что нет, — прокомментировала Вельвет Ремеди.

— Монтерей Джек, — грозно произнёс охранник. — Вы понимаете, в чём вы сейчас признаётесь?

Монтерей фыркнул, глядя на меня.

— Я не лжец. И я не стыжусь того, что пытался сделать. Обеспечить жизнь своих детей важнее какой-то глупой маленькой незнакомки, которой даже не хватает здравого смысла, чтобы не идти в лагерь работорговцев. — Он оглянулся на охранника. — После того, как Кларнет была убита, у них никого кроме меня не осталось.