Свет! Так сказала одержимая. По щеке скользнула слеза, – уже вторая за сто лет! – а перед глазами возникло лицо Лилиан, и он мог бы поклясться, что услышал её нежный шёпот: «Ты мой свет!». Дыхание перехватило, и Лука судорожно дёрнул воротник, послышался треск рвущихся ниток, в траву полетели пуговицы. Как ему усмирить себя? Как вновь усыпить?

Из-за дерева высунулась косматая голова:

– Тебе плохо?

Лука уронил руки и недовольно посмотрел на Аббадона.

– А что, завидно? Хочешь, и тебе сделаю плохо? – холодно уточнил он.

– Размечтался! – Карлик, забавно раскачиваясь на маленьких ногах, пробрался через кусты и протянул руку: – Я хочу, чтобы и тебе, и мне было хорошо!

Лука неохотно опустил голову, и при взгляде на маленькую ладонь Аббадона, брови его поползли вверх.

– Компания «Чистые киски»? – прочитал он витиеватую надпись под изображением девушки в стиле пин-ап. – Ты действительно считаешь, что мне это нужно?!

Аббадон ухмыльнулся в бороду и хитро сощурился.

– Не знаю как тебе, а мне позарез как нужно! Столько лет всё сам, да сам… Я, знаешь ли, небольшой специалист. Тебе же будет лучше!

Он заломил руки, а Лука фыркнул:

– Мне?

Карлик быстро-быстро закивал:

– Да! Я буду прилежнее исполнять свои обязанности, и тебе не придётся ворчать. У меня же столько времени освободится, когда…

– Мне неинтересно! – подняв руку, прервал его Лука.

– Ну, пожалуйста! – Простонал Аббадон, молитвенно сложив руки, густые брови его поднялись «домиком». – Что тебе стоит? – Он осекся и, виновато опустив глаза, поковырял землю носком розового детского кроссовка: – Стоит, конечно… И недёшево. Но у нас же есть деньги! Мы их толком и не тратим. А так и польза и моральное удовлетворение…

– Моральное? – холодно уточнил Лука и покачал головой: – Нет, Аббадон! Помнишь условия твоего проживания в моём доме? Не показываться людям.

– Так я же скроюсь! – горячо воскликнул карлик. – Ты ей лишь раз покажешь, что нужно делать…

Лука мрачно посмотрел на карлика:

– Переходишь границы!

Но тот не стушевался:

– Да всего-то раз с оборудованием познакомишь! Дадим девочке ключ, и потом она уже сама…

Лука схватил Аббадона за ухо и приподнял, карлик тоненько заверещал, засучив ногами в воздухе так, что из карманов выпала серая тушка.

– То есть, ты планируешь долгосрочное сотрудничество? – строго уточнил Лука и холодно рассмеялся: – Я лучше сразу отрежу тебе то, что зудит. Чистые киски! Это надо же такое придумать, демон похотливый! Хочешь ласки – возвращайся туда, откуда пришёл, там тебе на радостях устроят такую оргию, что останутся от демона рожки да ножки! Ну, может, ещё кусочек хвоста…

Аббадон вывернулся из хватки Луки и звучно шлёпнулся на землю.

– Нет у меня хвоста! – обиженно взвизгнул он, потирая распухшее багровое ухо. – Ты чего, Лука? Сам же мозги выносишь, мол в доме слишком грязно! Если тебе так противно, прогуляйся, пока девочка всё уберёт. Не думаю, что на это уйдёт много времени.

Лука нахмурился:

– Так речь об уборке дома?

Он подобрал с земли визитку и внимательно рассмотрел картинку, где прелести обнажённой девушки едва прикрывал чёрно-белый фартук, а в руке художник изобразил метёлку из перьев, более похожую на товар из секс-шопа. На обратной стороне картонки Лука прочёл список предоставляемых клининговых услуг. Он раздражённо передёрнул плечами.

– И что за идиот придумал предоставлять уборщиц под эротическим соусом?

– Это компания Иви, – Аббадон невинно похлопал длинными, словно у верблюда, ресницами. – И она особо рекомендовала одну работницу. Девочка умеет держать язык за зубами! Так что я…

– Не Иви, а наказание, – вздохнул Лука и поднял глаза к небу: – В её стиле, конечно. Аббадон, мой тебе совет – никогда и ни за что не спасай гиану! Не то предстоит тебе…

–…сто лет страданий! – уныло закончил за него карлик. – Помню! Склероза ещё нет…

– Зато маразм прогрессирует, – надменно произнёс Лука. Разжал пальцы, визитка плавно, словно осенний лист, закружилась в воздухе и опустилась на трупик крысы. Лука брезгливо поморщился: – Если ты планируешь это съесть, то тебе предстоит ночь в гараже. В дом ни ногой!

Аббадон мгновенно пнул крысу и когда та улетела в кусты, развёл руками:

– Что «это»? Ничего же нет!

Лука коротко усмехнулся и, заложив руки за спину, двинулся в сторону дома. Аббадон забеспокоился:

– Так что насчёт киски?.. То есть, уборщицы? Берём?

Лука вздохнул и передёрнул широкими плечами.

– Придётся, – не оборачиваясь, проговорил он. – Проще остановить лаву, чем гиану.

Шагая по тропинке, Лука невольно улыбался, слушая, как весело насвистывает карлик, только что освобождённый от ненавистной работы по дому.