Я закрыла книгу и не отрывая глаз от его, продолжила:

— “Ничто не обращается в ничто: надо добавить ещё: на тела основные природа все разлагает опять и в ничто ничего не приводит”.*

— Тоже увлекаешься Лукрецием? — улыбнулся Тайки.

— Да, — подтвердила я. — Его поэма “О природе Вещей” в своё время произвела на меня огромное впечатление. Иногда я её перечитываю снова и снова.

— Я тоже, — кивнул молодой человек и в его лиловых глазах отразились блики пламени от камина.

— У меня есть экземпляр 1473 года.

— Первое печатное издание? — удивилась я.

— Да. В своё время оно обошлось в целое состояние, но оно того стоит.

— Могу себе представить! — искренне восхитилась я.

— Я могу как-нибудь тебе её показать… — улыбнулся Тайки, и в его глазах вспыхнул азарт.

Внезапно мимолётная тень пробежала по его лицу и погасила улыбку. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Давай поедим и приступим к выполнению задания, — отозвался он глухо, помогая мне сесть за стол.

Ужинали мы в полном молчании, но я отдала должное восхитительно приготовленному ягнёнку и терпкому полнотелому каберне с ароматом чёрной смородины.

Когда мы закончили, Тайки достал из сумки голубую пластиковую папку с несколькими листами задания и протянул мне. Я взяла папку и тут же стала внимательно изучать.

— Судя по фотографиям среза матки и результатам анализов, — начала я, перелистывая страницы, — могу сделать вывод, что смерть молодой женщины наступила в результате обширного воспаления мышечного слоя, то есть миометрита. Гангренозного миометрита, поскольку мышечная стенка матки имеет признаки газовой гангрены, которая, скорее всего, наступила в первые пять или шесть дней после родов и после глубоких травм на фоне проникновения анаэробных микроорганизмов…

— Да, гангренозный миометрит имеет место быть, но ты не заметила того факта, что срок беременности восемь недель и выкидыша не случилось.

— Ох, точно! — воскликнула я, внимательнее вчитываясь в задание. — Как же она умудрилась получить ТАКОЕ воспаление на столь раннем сроке?! Моментальный клостридиоз из ничего?! Так не бывает… — удивилась я.

— Там есть фото в конце, где в матке имеется одна штука, которая, судя по всему, и является причиной воспаления, но она ставит меня в тупик, — ответил Тайки.

Я открыла нужную страницу и взглянула на фото матки в разрезе, где виднелся какой-то красно-зелёный рог.

— Что это за гадость?! — воскликнула я, разглядывая фотографию.

— Это почка фикуса.

— Чего-чего?!

— Почка фикуса, — повторил Тайки спокойным тоном.

— А что ЭТА ПОЧКА там делает? — удивилась я.

— Её ввели во влагалище, как же ещё, — пожал плечами Тайки.

— Зачем же?

— Скорее всего, эта женщина, ну или кто-то другой хотели избавиться от ребёнка таким примитивным и ужасным способом.

— Какой кошмар! — выдохнула я, с ужасом взирая на фотографии.

— Да, — поморщился Тайки. — Но это не объясняет причины, откуда на обычном домашнем растении взялся такой букет микробов. Не могли же этой почкой специально поковыряться в бактериальной культуре… Я чувствую, что Сэцуна Мэйо не случайно подкинула нам это дело. Здесь должен быть какой-то подвох… Не зря же в задании стоит вопрос: “какую экспертизу следует провести для составления полного заключения о смерти молодой женщины?”

— М-м-м, — задумалась я, покусывая нижнюю губу. — Скорее всего, так и есть, только микробы взялись не с поверхности растения, а изнутри… Когда-то я читала статью по ботанике, в которой рассказывалось, что сокодвижение в фикусовом дереве уникально… Фикус может захватывать из почвы любые бактерии и разносить по своим листьям. При этом само дерево не болеет, а бактерии сохраняются живыми… Таким образом, ответом на этот вопрос будет: “Сделать бактериологический анализ сока из почки, земли в горшке и самого растения в доме потерпевшей, если её нашли там”.

Лиловые глаза Тайки потрясённо расширились. Он подошёл ко мне вплотную и сжал мои плечи.

— Ты просто поразительна! — воскликнул он.

Что-то в его взгляде — нежность, мягкость и истинное восхищение, взволновали меня до глубины души. Я любовалась его красивым лицом и мягкими каштановыми волосами, ниспадающими на плечи… Самый прекрасный парень, которого я когда-либо видела. Моё тело сладко заныло от ноющего пульсирующего чувства внизу живота. Я прижалась к нему всем телом, и его руки моментально обхватили меня, прижимая к себе ещё сильнее. Тайки нежно взял моё лицо в свои ладони, вглядываясь в мои зрачки, ища в них ответ, известный лишь ему одному… Мои губы дрожали. Под своими холодными пальцами я ощущала его тепло и трепет… Всё было словно во сне. Обеими руками я обхватила его за плечи и приблизила свои губы к его губам. Этот порыв произошёл неожиданно, как будто сам собой, но этого оказалось достаточно, чтобы он впился в мои губы в страстном поцелуе. В голове звучала тысяча колоколов, а сердце отбивало ликующий ритм, готовое вырваться из груди.