Для начала Денис прошелся среди многочисленных тел и подобрал свой меч, потом нашел щит. И только после этого обернулся к богине. Белая Дама – она же богиня Заря, внимательно его разглядывала, теперь уже с маской равнодушного спокойствия на лице. Оглянувшись еще раз, Кайгородов увидел, как на безопасном удалении один за другим на колени падают воины золотой гвардии.

Прислушавшись к ощущениям, Денис медленно двинулся к богине. Краем глаза он заметил поднимающуюся Габриэллу, Наталью – выбежавшую на крыльцо после воскрешения в Месте Силы, сопровождаемую десятком воинов и чародеев.

Но все появляющиеся вокруг площади — даже сверкнувшая глазами демонесса, приближаться к богине Заре и озаренному серебряным пламенем божественной силы Кайгородову не спешили.

— Здравствуй. Сестра, – произнес Кайгородов, внимательно вглядываясь в холодные голубые глаза.

Богиня Заря вместо ответа просто кивнула.

— Расскажи мне пожалуйста, как так получилось… – хмыкнул Денис, осматриваясь по сторонам. Вокруг площади собиралось все больше людей и практически все – кроме Габриэллы, Натальи, а также воскресшей и вернувшейся демонессы, уже стояли на коленях. — Скажи, пожалуйста, — вновь обернулся к богине Денис: — Вот эта вот сила света моя, уважение Верховной Жрицы… твоих рук дело?

— Да, — коротко произнесла Заря.

– - Ясно. Зачем?

– Ты же знаешь, кто такие избранные?

– Да.

– Меня избрали быть богиней. Как кандитата-спойлера на региональных выборах – если ты понимаешь, о чем я.

– Думаю понимаю. Вакансий богов в пантеоне слишком много, и сильных нужно как можно меньше?

– Именно. Мне предстояло стать игрушкой в руках влиятельных владык, как Алисия. Поэтому я поделилась частицей силы с тобой.

– Именно поэтому твоя Верховная Жрица мне кланяется до земли?

– Не только.

– И?

– Ты Патриарх.

Кайгородов глубоко вздохнул, вспоминая прочитанное в энциклопедии мира о роли патриархах в свите божеств.

– Если бы я не оправдал надежд, на месте Алисии – даже в худших условиях, ты оказалась бы много быстрее, – с вопросительной интонацией произнес он.

– Именно так, – кивнула Заря. – Но Мария обещала помочь. Габриэлла, – пояснила богиня под взглядом Дениса.

– Так почему я? У тебя не было выбора?

– Выбор был… небогат, прямо скажем, – едва усмехнулась богиня и задумалась – размышляя, стоит ли продолжать.

– Но…

– Ренат Каюмов, – все же решилась Заря.

– Ренат? – удивленно произнес Денис, вспоминая всегда бронебойно-улыбчивого татарина. – Ты его знаешь?

– Я его мать.

– Мать… – прошептал севшим голосом Кайгородов. Звонко ударился о брусчатку клинок и Денис опустился перед женщиной на колени. – Прости…

Перед внутренним взором Кайгородова возникла картинка того, как Ренат – едва до драки тогда не дошло, устраивался за рычагами БМП – отправляясь на верную смерть вместо него. Заря между тем подошла к ошарашенному Денису и положила руку ему на голову, поглаживая по волосам.

– Ренат мне многое рассказывал. О тебе он всегда говорил только хорошее, – произнесла богиня, криво улыбнувшись.

– Прости, матушка, – Денис взял ее ладонь, прижимаясь к ней лбом.

Многочисленный люд все прибывал, окружая площадь и преклоняя колени, видя замершего в центре воина и богиню рядом, озаренных глубоким сиянием.

Внушительный коленопреклоненный витязь подле Зари прятал лицо в ее ладонях, а богиня невидящим взглядом смотрела в голубое небо. По щекам женщины текли слезы.

Штейнберг в окружении десятка человек стоял рядом с массивным коконом, в котором на коленях стоял Кайгородов.

— И? – нетерпеливо поинтересовался он.

– Отправили третье оповещение – аварийное. Это уж должен увидеть, – произнес обеспокоенный профессор.

Разорванный взрывом труп Мерецкова уже унесли и сейчас Петр Сергеевич со свитой стоял у кокона Кайгородова.

— Вот, вот! Готовность раз, — вскинулся профессор, периодически поглядывая на показания телеметрии на многочисленных экранах кокона и подключенного пульта. Кайгородов между тем выпрямился, поднимаясь и обводы кокона поменяли голубую подсветку на мягкий зеленый свет.

– Работаем, выходит, — увлеченный делом профессор даже не заметил, как грубо отодвинул Штейнберга с прохода – подскакивая к капсуле, уже окруженной группой медиков.

– Петр Сергеевич, прошу вас, — произнес один из телохранителей, закрывая шагнувшего было вперед Штейнберга телом.

— Здесь то уж… — хотел было сказать Петр Сергеевич, что сейчас никаких проблем не приводится, как створки кокона с шипением открылись и заключенное в экзоскелете тело забилось в судорогах — настолько сильных, что щедро брызнули искрами вырванные сервоприводы экзоскелета. Взволнованные доктора засуетились рядом, послышались резкие команды профессора — переходя на крик, тот удержал на месте запаниковавших коллег. Телохранители и референт между тем буквально на руках вынесли прочь из комнаты Штейнберга.