Приблизившись к нужной двери, монахиня сама открыла ее и вошла, вновь тем же жестом приглашая Дэвида зайти.

За столом сидела молодая женщина. Она что-то сосредоточенно подсчитывала на листе бумаги. Несколько непослушных прядей ее рыжих волос, которые старательно были собранны в замысловатую прическу, выпали, и женщина периодически заправляла их за ухо.

— Мадам Дюран, — произнесла монахиня. — К вам посетитель, — и тут же вышла, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Директриса подняла голову и посмотрела на Дэвида ярко-голубыми глазами. У нее была молочного цвета кожа, светлые ресницы и брови, и россыпь веснушек на носу, которые свойственны большинству рыжеволосых людей.

— О, вы, наверное, Джон Паркер, — она расплылась в любезной улыбке и протянула руку для приветствия.

— Нет, я Дэвид Паркер, его сын, — поправил Дэвид и поцеловал ее руку. — Я представляю интересы отца во Франции, в частности в Марселе… У нас семейное дело…

— Очень приятно, а я Амели Дюран. Присаживайтесь, — директриса указала на кресло для посетителей рядом со своим столом.

В это мгновение по коридору разнесся громкий звук колокола, а через несколько секунд поднялся гул голосов.

— Это звонок на перемену, — пояснила мадам Дюран, вновь улыбнувшись. — Если не возражаете, мы переждем ее, чтобы нам не мешал лишний шум. Это всего пятнадцать минут.

— Не возражаю, конечно, — улыбнулся ей в ответ Дэвид и поудобнее устроился в кресле, положив папку с документами себе на колени и скрестив руки на груди.

— Может кофе или чай? — предложила тем временем директриса.

— Нет, нет, спасибо…

— Все свободны, — произнес месье Пети, учитель философии, когда раздался звонок, и воспитанницы тут же радостно начали собирать свои учебные принадлежности.

— Я сейчас к директрисе, — сообщила Софи своей соседке по парте и, по совместительству, лучшей подруге Мишель. — Она зачем-то просила зайти…

— Мадмуазель Готьер, — окликнул вдруг Мишель месье Пети, — подойдите на минуту…

— Встретимся на английском, — шепнула подруге Мишель и поспешила к учителю. Софи же, прихватив свои тетради, направилась к мадам Дюран.

— Вы вызывали меня, мадам?.. — предварительно постучавшись, зашла Софи в кабинет и слегка запнулась на последнем слове, поскольку заметила сидящего напротив директрисы незнакомого светловолосого мужчину. В глаза ей сразу же бросился глубокий шрам, пересекающий его лицо от левого виска к щеке.

— Да, Софи, — приветливо ответила мадам Дюран, — я хотела с тобой побеседовать, но, к сожалению, сейчас занята… Не могла бы ты пока сходить в архив и принести свое личное дело, будь добра…

— Что вы на меня так смотрите, месье Паркер? — смущенно поинтересовалась Амели Дюран, заметив его взгляд.

— Если честно, — ответил Дэвид, — я не ожидал встретить тут такую молодую и привлекательную директрису. Я всегда считал, что на эту должность берут только старых и выживших из ума особ… А вы еще так молода… Вам ведь нет и тридцати…

— Ошибаетесь, — еще больше засмущалась она, — есть и даже чуть больше, чем тридцать…

— Удивительно… Но тем не менее, как вы оказались на этом месте?..

— Раньше директором был мой муж, но три года назад он умер, и мне пришлось взять руководство пансионом в свои руки…

Директрису прервал стук в дверь, после чего в кабинет заглянула девушка, одетая в форму воспитанниц пансиона; ее пепельно-русые волосы были стянуты на затылке в тугой пучок.

— Вы вызывали меня, мадам? — нежным голосом произнесла она и мельком глянула на Дэвида.

«Как же нелепы эти бесформенные ученические платья, — пронеслось в голове у Дэвида при виде нее, — просто кошмарные… И цвет такой отталкивающий… Грязно-голубой»

— Да, Софи, — тем временем обратилась к девушке директриса, — я хотела с тобой побеседовать, но, к сожалению, сейчас занята… Не могла бы ты пока сходить в архив и принести свое личное дело, будь добра…

— Да, конечно, — мило улыбнулась Софи, и на ее щечках появились очаровательные ямочки.

— Это мадмуазель Софи Легранд, одна из самых лучших учениц на последнем, выпускном курсе, — с гордостью в голосе произнесла мадам Дюран после того, как девушка вышла. — Учиться им осталось чуть больше двух месяцев… Хотя, Софи можно выдавать аттестат хоть сейчас, — она улыбнулась, — даже выпускные экзамены будут для нее просто формальностью… Кстати, она дочь префекта Парижа…

В дверь снова постучали, и тут же в кабинет вихрем влетела девочка лет десяти.

— Мадам Дюран, — запыхавшись, заговорила она прямо с порога, — там Люси и Милена снова затеяли драку…

— Как же они надоели, вечно дерутся… — с легким раздражением проговорила директриса и поднялась. — Извините, месье Паркер, я сейчас вернусь…

Оставшись в одиночестве, Дэвид, от нечего делать, стал разглядывать комнату. Прямо около него, на стене, были вывешены режим дня для воспитанниц и программа обучения, разбитая по курсам.