Софи проигнорировала ее вопрос и сразу перешла к главному:

— Мишель, я надеюсь, тебе не взбредет в голову рассказать Дэвиду о моей беременности?

— Хочешь сказать, что ты сама не собираешься этого делать? — возмутилась как всегда ее подруга.

— Пока нет.

— А когда же в таком случае?

— Еще не решила. Когда-нибудь… потом…

— Софи, ты ведешь себя как обиженная маленькая девочка. Дэвид сам приехал за тобой…, - начала она.

— Это Андре приехал за тобой, — довольно резко оборвала ее Софи. — А Дэвид так, за компанию…

— Софи, ты начинаешь меня волновать, — озабоченно покачала головой Мишель. — Не пойму, это все женщины во время беременности становятся несколько не в себе, или только ты теряешь рассудок? Ты что, не видишь, как он на тебя смотрит? Следит за каждым твоим шагом. И заметно, что он очень огорчен твоим равнодушием и холодностью…

— Наверное, ему до сих пор никто не отказывал, вот он и злится, — Софи начала заводиться.

— Извини, подружка, но, по-моему, ты полная дура! — в сердцах воскликнула Мишель. — У него на лбу написано, что ты ему не безразлична! Он любит тебя!

— Мишель, это ты сейчас находишься в эйфории от своей влюбленности, и тебе кажется, что все вокруг чувствуют то же самое! Но это не так! И с Дэвидом Паркером будущего у нас нет. И точка.

— Когда же ты поумнеешь? — вздохнула Мишель и махнула рукой. — Делай, что хочешь. Это твоя жизнь. Только не пожалей потом, о том, что сделала. Вернее, о том, чего не сделала.

— Значит, не проговоришься о ребенке? — уточнила Софи.

— Обещаю.

— Спасибо, — Софи обняла подругу, а потом вдруг с беспокойством спросила: — А у меня хоть еще ничего не видно? — и приложила руку к своему пока еще плоскому животу. — Все-таки уже где-то третий месяц…

— Нет, — уверенно ответила Мишель. — Не видно. Никто не догадается. У тебя точно также, как и у моей кузины Патрисии… У той живот начал расти только в четыре месяца. Все даже начали сомневаться, что она действительно беременна…Зато потом за неделю вырос до размеров…

— Хватит, — взмолилась Софи, — я не могу больше слышать о твоей кузине… Я уже устала слушать подробности о ее беременности.

— Ладно, — засмеялась Мишель, — больше не буду. Давай лучше накрывать на стол, пора уже и пообедать…

Они хотели было расположиться на кухне, но пришла Анна и настояла на том, чтобы все обедали в столовой, подчеркнув, что у нее в доме все-таки гости. К тому времени, как стол был накрыт, подоспели Педру с Далилой и вернулись от соседки дети.

Обед прошел неожиданно весело: Педру, на правах хозяина, был очень гостеприимен и за разговорами не давал скучать гостям. Анна тоже была в прекрасном расположении духа, ни в чем не уступая своему мужчине. А поскольку и Андре, и Дэвиду лезть за словом в карман никогда не приходилось, то диалоги у них получались довольно забавными. Софи даже на время расслабилась, забыв о своих печалях, и с улыбкой слушала их беседу за столом. Правда, с Дэвидом они так и не обмолвились больше ни словом, а Софи продолжала старательно избегать его взглядов, и сама смотрела куда угодно, только не на него.

Ближе к вечеру Софи решила помочь Далиле и сходить на озеро прополоскать белье. В этом, конечно, не было особой необходимости, но Софи с прежним упорством обходила Дэвида весь день стороной, а это было очередной возможностью побыть одной.

Спустившись к озеру, Софи поставила таз с бельем в сторонку, а сама босыми ногами зашла по щиколотку в воду. Несмотря на недавние продолжительные дожди, за несколько последних солнечных дней вода в этом неглубоком озере прогрелась, и Софи вдруг так захотелось окунуться в нее целиком и немного поплавать, что она, слегка поколебавшись, стала снимать с себя одежду. Девушка успокоила себя тем, что сейчас сюда навряд ли кто-нибудь придет, потому что все заняты приготовлением прощального праздника по случаю их отъезда, который должен был вот-вот начаться. «У меня есть где-то полчаса», — сказала она сама себе и с наслаждением вошла в теплую воду…

Дэвид весь день находился в глубоком смятении: он не мог понять причину безразличия Софи. Ее настроение и поведение было точно таким же, как в день накануне их похищения. Что же тогда произошло такого, что настолько изменило ее отношение к нему и не угасло даже спустя месяцы разлуки? Она, казалось, не только не обрадовалась его приезду, а даже почему-то испугалась. Софи сторонилась его все последние часы и старалась даже не смотреть на него лишний раз, на вопросы его отвечала неохотно и пыталась сбежать при первой возможности. Он хотел было поинтересоваться об этом у Мишель, но они с Андре были настолько поглощены друг другом, что не замечали ничего вокруг.

В конце концов, после долгих раздумий, Дэвид твердо решил поговорить с Софи обо всем на чистоту. Правда, для начала нужно было ее найти.

— Кажется, она пошла на озеро, — сказала ему Анна. — Это недалеко, — она показала рукой в нужном направлении. — Только не задерживайтесь, сеньор Паркер, скоро начнем праздновать…

… Дорогу Дэвид нашел довольно быстро, и не прошло и десяти минут, как он очутился на берегу озера. Прямо у кромки воды на песке стоял таз с бельем, а рядом лежала одежда Софи. Саму девушку Дэвид увидел в нескольких метрах от берега: она, прикрыв глаза и блаженно улыбаясь, плескалась в прозрачной воде. Софи то, ныряя, исчезала из виду, то ложилась на воду и замирала на несколько секунд, медленно покачиваясь на водной глади. Сейчас она выглядела такой умиротворенной и счастливой, будто ничего и не произошло. Это была его прежняя Софи, такая, как прежде… Чувство бесконечной нежности захватила его целиком, и сейчас ему хотелось только одного — немедленно оказаться рядом с ней. «Может я и совершаю ошибку, — думал Дэвид, поспешно скидывая с себя всю одежду, — но будь, что будет…». Он с разбегу прыгнул в воду, поднимая фонтан брызг, и уже через мгновение вынырнул около Софи. Озеро оказалось намного мельче, чем он предполагал: девушке вода доходила едва до груди, ему же — чуть выше пояса.