Я согласилась с ним, что не будем спешить. Означает ли это, что больше никакого секса?

Снаружи моей комнаты скрипит половица и открывается дверь, явив Джея в футболке и пижамных штанах. Не говоря ни слова, он залезает в кровать рядышком со мной, хватая меня за бедра и притягивая к себе, моя спина вровень с его грудью.

— Не мог заснуть? — тихо спрашиваю я, когда Джей целует меня в шею.

— Нет. Зато теперь смогу, — отвечает он и прижимается ко мне.

Спустя несколько минут дыхание Джея выравнивается, и он засыпает. Вскоре я следую его примеру.

***

На следующий день — по просьбе папы — я работаю в офисе над расшифровкой его записей из разговоров с Джеем. Мне кажется все это очень интригующим, но что-то не дает покоя. На бумаге все выглядит прекрасно, но у меня странное предчувствие, что там есть пробелы, части рассказа, которые специально опустили.

Мои подозрения мигом забываются, когда приходит неожиданный посетитель. У нас назначены встречи только в послеобеденное время, поэтому я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть, кто только что вошел в приемную. Когда узнаю кто это, меня охватывает тревога.

Уна Харрис непринужденно заходит в ярко-красных туфлях на высоком каблуке в тон помаде и узком сером платье, дизайнерская сумка красуется на ее руке. Если бы я не испытывала к ней такого отвращения, то похвалила бы за то, что выглядит такой горячей, хотя уже далеко не первой свежести.

Сложновато определить ее настоящий возраст от такого количества ботокса.

Я прочищаю горло.

— Могу я вам чем-нибудь помочь?

Она снимает очки от Gucci и опускает на меня зеленые глаза, долгое время изучая. Затем внезапно указывает на мою шею, где находится шрам.

— Я знаю отличного доктора, который мог бы это поправить. Хочешь его номерок? — спрашивает она небрежно, ее глаза блуждают по комнате.

Я неосознанно потираю шею.

— Эм, спасибо, но это ничего. У вас назначена встреча? — Я знаю, что у нее не назначено.

Конечно же, нет. Просто не могу придумать, что еще сказать.

— Нет. Это просто мимолетный визит. Я была довольно огорчена, когда пришла утром на работу и услышала от шефа, что на нас подали в суд из-за нескольких статей, которые я написала. Хотела зайти и проверить против кого мы имеем дело. А теперь, когда я здесь, честно, это кажется таким смехотворным. Неужели Джей Филдс действительно думает, что может выиграть с представительством от такой захолустной фирмы, как эта?

Я смотрю на нее, раскрыв рот.

— На самом деле, на секунду я заволновалась. А теперь вижу, что все это просто убогая шутка.

Вставая со своего места, я кладу руки на бедра.

— Вы серьезно?

Уна поджимает губы и снова обращает свои кошачьи глаза на меня.

— Я всегда серьезна, моя дорогая. Не принимай все в штыки. Уверена, это едва ли работа твоей мечты. — Она смеется, что действует мне на нервы.

— Это контора моего папы, — говорю я сквозь сжатые зубы.

Ее глаза расширяются, и она слегка ухмыляется.

— Упс. В таком случае, без обид.

— Слишком поздно. Если вы пришли сюда только чтобы посмотреть на нас свысока, тогда вам стоит уйти.

— Я не поэтому пришла. Хотела поговорить с… ну, значит, с твоим отцом. Спросить, знает ли он, какого человека представляет.

— Уверена, человека получше вас.

Ее хихиканье заставляет меня сжать кулаки, а я никогда не была кулакосжимательницей. Во мне совсем нет жестокости. Забавно, что ехидный смех Уны Харрис может вызвать в людях.

— О, дорогая, ты, что, слегка увлеклась им? Понимаю, правда, понимаю. Джей Филдс ходячий секс, но он также опасный человек с комплексом Бога. Ты когда-нибудь заглядывала на его фан-сайты? Они все думает, то, что он делает — это все по-настоящему или другой подобный бред, а это нехорошо, учитывая большое количество его последователей. Ты не помнишь Храм народов30 или Джима Джонса? Да ты такая молодая, так что вряд ли.

— Я знаю, кто такой Джим Джонс.

Она смотрит на свои наманикюренные ногти.

— Тогда ты также знаешь, насколько опасно влияние Джея на всех этих молодых людей, которые следуют за ним. Уверена, если бы он сказал им спрыгнуть со скалы, они бы так и сделали.

Господи, как эта женщина заблуждается.

— Он артист. Он не пытается создать собственную религию.

— Да, и единственный, кто здесь слепо следует убеждениям — это ты, Уна. Своим собственным. Какого хрена, по-твоему, ты делаешь? — спрашивает рассерженно Джей, ступая в офис. Его походка напоминает мне пантеру, вот-вот готовую напасть.