Особенно радовался по этому поводу Хруст.

– Вот будет веселье, когда Зураб узнает, что база Борея у него под носом. Странно, что он сам лапу не наложил.

– А я тут ничего странного не вижу. – Парировал Вахитов. – На два стула сядешь, штаны порвешь. Может у Зураба ресурса нет?

– Нет ресурса? А это интересно. Жмут его со всех сторон, вот и не вылезает из собственной берлоги. Видимо не так он и всемогущ, как пальцы гнет.

Хруст поманил Вахитова.

– Пойдем-ка, прогуляемся.

– Ну, давай. – Ваха пожал плечами и двинулся рядом с командиром.

– Я вот что тебе сказать хочу, про твоего Зулуса…

Имя, кличка, позывной, таинственная личность из радиоэфира, о чьем существовании Ваха стал понемногу забывать, вновь всплыла в разговоре, и видимо неспроста.

– Что с Зулусом?

– Пробили его по нашим каналам. Очень он личность примечательная. Пять лет отработал в ЦКЗ, потом в частном секторе, еще до войны. Сотрудничал с Талибами, но вот, как и где, доподлинно выяснить не удалось. Ты попал в плохую компанию, Ваха.

– Тоже мне новость. – Вахитов поморщился.

Шаги в коридоре, гулкие и четкие, отражались эхом от стен. Из спального сектора путь вел в столовую, где вовсю кипела жизнь. Из приоткрытой двери пахло борщом и свежим хлебом. Рай, да и только. Хруст толкнул дверь и подхватив синий пластиковый поднос, двинулся к раздаче. Время было еще раннее, до обеда часа два, не меньше, но повара уже колдовали над кастрюлями и сковородками, готовясь, как следует накормить личный состав.

– Вот тут и поговорим. – Хруст поманил повара и тот принялся подавать тарелки супом, гречневой кашей с сосисками, разливать по стаканам компот из сухофруктов. Когда поднос отяжелел, Ваха и командир двинулись к дальнему столику. Сели, расставили тарелки, взяли в руки столовые приборы.

– Не томи. – Не выдержал полковник. – Мне с тобой в загадки играть без надобности. Мне и так сейчас не особо комфортно. Чувство такое гаденькое внутри, будто что украл, или еще того похуже.

– Ладно. – Смилостивился Хруст. – Супердрянь, знаешь такую?

– Да кто же про нее не знает?

– Так вот, есть мнение, что Зулус этот к ней лапу сильно приложил, и не просто так. Где-то на задворках нашли. Деревенька глухая, природа явления непонятна. То ли окаменелость какая, то ли птицы принесли, а может метеорит на башку упал, да занес на матушку Землю эту заразу. Вирус получилось купировать, а селение выжгли подчистую, чтобы не просочилась эта история, да не началась пандемия. Есть еще пара версий, однако командование имеет основание полагать, что все это фуфло и остаточные действия.

С тех пор его вспышки появлялись то там, то тут, в густо населенных районах стран третьего мира. У кого справлялся организм, у кого нет, вакцина была найдена, однако одна беда, не все так с ней гладко. Первичные испытания поводились на животных. Сначала на мышах, потом на человекообразных обезьянах, а когда переходили на человека, то результат оказывался весьма сомнительным, если не провальным. Умники из лабораторий ходили с закипевшим мозгом и стеклянным взглядом.

Лечит и не лечит? Как быть. Решения находились, но штамм мутировал совершенно причудливым способом. Отследить мутацию было сложно, и на это бросили все силы вирусологов. К делу подключили и Зулуса, и с тех пор дела пошли хорошо. Вот только с каждой новой вакциной появлялась и новая мутация. Зулус вошел в силу, заматерел, стал значимым человеком, обзавелся недоступными многим благами, а заодно перебрался в Николаев. Тот самый наукоград, до которого хорошо бы добраться, по делу.

– И что мне нужно из этого вынести?

– А то, что пару недель назад состоялся радиоперехват. Наш спутник поймал передачу со спутника Николаева, и расшифровка несколько расстроила. Научники готовят новый штамм, великий уравнитель, мощнейшее биологическое оружие, одним из компонентов которого стали разработки АйСи Фармасьютиклз, в чьем бункере ты жил, поживал, да хлопот не знал до определенного момента.

– Зачем это? – Опешил Ваха. – Итак мир в разрухе. Осколки одни остались, так что, кто-то хочет и их растоптать?

– Зачем, мне не ведомо. – Хруст пригубил компот. – Также, как и масса технической лабуды. Однако вот что еще выяснилось. Зулус имел виды на АйСи Фармасьютиклз, и их разработки. Он небось ночи не спал, землю носом рыл.

– Да уж, представляю себе его ликование, когда я вышел на связь. – Скупо признался Ваха, окончательно убедившись в том, что сел в лужу. – Но он был таким приятным собеседником. Мы разговаривали с ним порой часами, на закрытых частотах. Обсуждали книги, фильмы, то что помнили о политике. Он много рассказывал о внешнем мире и силовом перевесе той или иной стороны, но никогда о том, чем занимался. Мол, беженец, ученый, трудится в лагере, помогает заболевшим и раненым. Это не могло не вызвать уважение, и в конце концов, приняв на грудь пару стаканов коньяка, я проговорился. Ну а дальше ты знаешь.

– Знаю. – Хруст согласно кивнул, отодвигая от себя поднос с пустыми тарелками. Вот только если взять промежуток от твоего трепа, до нападения, то как не крути, не успели бы спецы Николаева сюда прибыть. Разве что на вертолете.

– Значит местные сработали?

– Наверняка. Зулус опасался, наверное, что тобой другие могут заинтересоваться. Вот и привлек фрилансеров. Единственная сила, что смогла бы сюда пройти без особых потерь, это люди Зураба. Ему и карты в руки. Говорят, этим летом у него с электричеством все стало настолько в порядке, что в дома Чистого города лампочки начали вкручивать, энергосберегающие, а по периметру прожекторы провели. Но у меня большие сомнение по этому вопросу. Зураб – личность жадная. Он бы такое просто так не отдал. Единственный вариант, не его работа, или просто не знали, что брали. Так, пара склянок. Братва Зурабова опять-же бункер заняла бы, да выгребла все подчистую. Жить не стали бы, но кладовую бы вычистили. Вот и делай выводы.